— Буршан, позволь я оставлю вас ненадолго. Спущусь вниз и попрошу кого-нибудь из девушек принести вам морс. Как-то неловко сидеть за пустым столом.

— Может, гость желает отвар?

— Нет. Холодный напиток то, что надо. Благодарю, княгиня.

Таня вышла из зала. Она хотела, что б такие вопросы мужчины обсуждали наедине, поэтому велела служанке отнести поднос с напитком через некоторое время. Мужчины подождали, пока Ладия поставит на стол кувшин и три чашки.

— Скажи княгине, что я жду её.

Девушка присела в лёгком поклоне и поспешила вниз.

Когда Таня вошла в комнату то, по лицам мужчин она поняла, что договор состоялся.

— Я могу присесть с вами?

— Да, голубка.

Таня присела рядом с Буршаном. Князь налил морс в пустую кружку и подал княгине.

— И ты готов отправиться за Раданой в Белую Даль? — продолжил князь прерванный разговор.

— Да, княже. — Покорно склонил голову Самил.

— И готов отказаться от права наследовать престол твоего отца?

— Да, княже. — Так же покорно сказал мужчина.

— Неужели ты любишь эту женщину после того, что узнал о ней?

— Сердцу не прикажешь. И потом, разве ты отказался бы от своей женщины в трудную минуту её жизни? Разве ты предал бы её?

— Не могу представить, что бы моя женщина совершила столь подлый и жестокий поступок.

Повисла напряжённая пауза.

— В нашем мире есть поговорка: «Любовь, как и роса, не выбирает, на какую травинку ей упасть». — Поспешила прийти Таня на помощь Самилу. — А ещё говорят: «Любовь не перестаёт».

— «Не перестаёт»? Как это понимать? — Буршан вскинул бровь.

— А так и понимать: если действительно любишь, то не перестанешь любить и тогда, когда человек оступился. Ведь любят не за что-то, а просто так. Неужели ты разлюбил бы меня, если бы я, оступившись, совершила преступление?

Разлюбить Таню? Да разве это возможно!?

— Нет, я не разлюбил бы тебя, — сказал князь вслух, а про себя подумал, что бился бы за неё до последнего! Все бы свои сокровища отдал, не задумываясь, что бы спасти её, какое бы страшное преступление она не совершила. И как бы он лично не относился к Радане, но верность и преданность Самила вызвала в нём уважение.

Он посмотрел на Самила:

— В таком случае, позволь узнать, что ты намерен делать после того, как я отправлю Радану в Белую Даль?

«А ведь до встречи с Таней я бы даже мысли не допустил о том, что бы смягчить наказание за столь тяжкое преступление», — подумал он, глядя на свою женщину.

— Дозволь, княже, прежде чем ответить тебе, поцеловать руку княгине, — приложив руку к сердцу, попросил Самил. — Я думаю, это она смогла убедить тебя в снисхождении.

— Дозволяю.

Самил взял Таню за руку и запечатлел на её ладони долгий поцелуй:

— Я буду всю оставшуюся жизнь молить Артака за здравие твоё и твоих родных и близких. Если тебе лично или Голубой Дали потребуется помощь, то я всегда подставлю своё плечо. И Фиолетовая Даль будет так же рада служить тебе. — Глядя в глаза этой необыкновенной женщине, сказал он.

— Так каковы твои планы, Самил? — прервал слишком затянувшуюся, по его мнению, благодарность, Буршан.

— Как только моя женщина будет свободна, мы отправимся с ней в Сартану. Я думаю, её родители должны знать, что их дочь жива и здорова. Потом мы заедем в Фиолетовую Даль. Я познакомлю Радану со своей роднёй…

— Думаешь, они одобрят твой выбор? — с усмешкой перебил его речь князь.

— Я не жду их одобрения. Я просто представлю им свою возлюбленную. Затем передам своё право наследника младшему брату. Ознакомлю его и отца со своим отказом от половины своих рудников в твою пользу и передам соответствующую бумагу. И только потом отправимся в Белую Даль. Ты ведь не будешь против того, что бы мы повидались с её родными перед долгой разлукой?

— Ты всё правильно рассудил, — согласился Буршан с Самилом. — Сейчас мы отпустим Радану, и вы с ней присядете в столовом зале. Пусть она покушает перед дорогой. А мне потребуется некоторое время, для того, что бы составить письмо главе Белой Дали. С твоей же стороны я жду письменного подтверждения нашего договора.

Он встал. Королевич и Таня последовали его примеру.

— Можешь не сомневаться, княже! — поклонился ему Самил. — Договор, скреплённый моей личной печатью, имеет ту же силу, как если бы он был заключён при моём отце и наших Старейшинах. К тому же ты можешь призвать в свидетели любого князя со своей стороны, а я призову в свидетели своих верных подданных.

— Надеюсь, милая, мы не совершаем ошибку, — сказал Буршан, пропуская Таню вперёд.

***

Когда дверь комнаты, в которой находилась Радана, открылась, сердце девушки замерло. Неужели всё решилось без Праведного Суда и её прямо сейчас отправят в Долину Болот для наказания? Каково же было её удивление, когда вместо стражи она увидела князя с княгиней и Самила. Неужели?.. Она встала и даже дыхание затаила, боясь спугнуть свою догадку.