Ключ щёлкнул в замочной скважине, и она оказалась в небольшой тёмной каменной комнате, в центре которой стоял стул с этим самым Юнксу.

Мальчишка поднял глаза и спокойно смерил её взглядом.

— Только не говори, что пришла мне ногти вырывать за свою мать… — вздохнул он устало. Во взгляде не было ни страха, ни злости, просто усталость, будто он сам уже прожил не одну жизнь.

— Вырывать ногти? — поморщилась она. — Это давно в прошлом, теперь принято прижигать пятки и ломать пальцы.

— Какая прелесть… Спасибо, теперь мне намного легче.

— Я пришла сюда не мучить тебя, чужак, — спокойно возразила его ожиданиям Шан.

— Тогда зачем же? — в его глазах сверкнул интерес. — Сделать мне предложение, от которого нельзя отказаться?

— Нет, я пришла сюда сказать спасибо.

«Я пришла сюда не мучить, а сказать спасибо», — сказала она, но это не помешало ей подойти к шкафу, в котором лежал набор средневекового дантиста, взять с интересом клещи и покрутить их в руке. При взгляде на орудие труда у меня холодок пробежал во всех частях тела, где только мог быть применён этот инструмент. Наверное, надо ей сказать, что у меня фобия на клещи.

Я внимательно следил за тем, как девушка рассматривает их, после чего, к моему облегчению, кладёт обратно. У меня даже появилось желание немного поболтать.

Обворожительное и нежное чудовище слегка изменилось с нашей прошлой встречи. Девушка, юная и, сука, ну очень красивая переоделась из простого ханьфу, пусть и дорогого, в роскошное розовое платье, чей подол слегка развивался над полом. В нём она выглядела как ангелок. Прямо услада для глаз после всего ада, на неё даже передёргивать не хотелось. Это типа из разряда: «настолько прекрасная, что не хочется даже пёхать».

— Я рад, конечно, что помог тебе, но спасибо за что? — спросил я, внимательно поглядывая за этой подозрительной личностью.

— Спасибо, что вернул мне мать, — спокойно ответила Шан, если я правильно запомнил её имя.

— Да не за что, — пожал я затёкшими плечами. Сидеть на стуле было ещё тем удовольствием, конечно. Он наверняка специально и создан, чтобы быть таким неудобным.

— Признаться честно, изначально я представляла нашу встречу иной, но… — она пробежалась изящными пальчиками по орудиям труда и покачала головой, типа ситуация изменилась, улыбнувшись.

Прямо супер мило и нежно, как невинный цветочек. Мля, супер мило… я таю…

Нет, стоп, никаких влюблённостей! Хватит с меня пока головной боли!

— У тебя улыбка матери, — хмыкнул я, стараясь придать голосу пофигизма, отгоняя наваждение. Боюсь, здесь дело не в ауре, а в природном магнетизме, который действовал в первую очередь на сознание и был естественным.

Она удивлённо посмотрела на меня, и её щёчки покрылись милым румянцем.

— А если не секрет, откуда столько ненависти в мой адрес? Я вроде как не делал клану никаких проблем, да и встретился с ним, можно сказать, в первый раз. Не считая нашей с тобой встречи. Это всё из-за Бао?

— Я не знаю никакого Бао, — ответила она, осторожно сев на один из стульев, будто боялась испачкать свою красоту от него. — Но пришёл однажды к нам человек и рассказал, что ты вытащил мою мать из хранилища и поработил её волю. А потом такой погром в городе, гибель людей из секты и мирных жителей…

— Я думал, настоящим последователям нет дела до мирской жизни.

— Однако это не значит, что можно теперь бесчинствовать. Все думали, что это твоя вина, твой план стравить наш великий клан с той сектой, сделав всю грязную работу руками моей матери.

— Прямо все?

— Я думала, — поправила Шан себя. — И будь уверен, окажись это правдой, наша встреча была бы не столь мила и любезна. И я бы начала с чего-нибудь такого…

Она подняла два пальца вверх, как пистолетом, сделала круговое движение, после чего направила его на меня.

И я…

Ничего.

Я с вопросом посмотрел на неё, осмотрел себя и вновь посмотрел на неё.

— И?

— Ты ничего не почувствовал? — удивилась Шан.

— Не-а.

— Странно…

Она подошла ко мне и тут неожиданно отвесила мне оплеуху тыльной стороной руки. Млять, серьёзно?! Ты просто ударила меня по морде для того, чтобы посмотреть, чувствую ли я боль? Вот и всё, что нужно знать об отношении таких к тем, кто слабее.

Все тёплые чувства к девушке как-то улетучились.

— А сейчас почувствовал? — спросила она с вежливой озабоченностью.

— Ты не поверишь, но да, — поморщился я от пощёчины.

— Ты странный человек, Юнксу. Ещё и мою мать обокрал…

— Вообще-то она сама разрешила забрать все вещи в благодарность, — заметил я недовольно.

— Наверное, ты её вынудил, — пожала Шан плечами.

Мне сразу стало понятно, что такие девушки, как она, всегда буду искать оправдание, чтобы быть правыми. Абсолютно всегда, и всегда найдут довод, даже самый невероятный. С ними спорить, как верить, что в шаурмечной тебе предложат по-братски побольше мяса и не спросят больше денег.