Но что я мог сказать, если спустя несколько минут мы неслись с такой скоростью, что город уже остался далеко позади. Вот это стремление…

Было забавно наблюдать за этой тупкой, что пытается привлечь к себе внимание, одновременно строя полнейшее безразличие.

Однако мысли очень быстро сменились другими.

Я понимал беспокойство Люнь — картина не сказать, что была свежей, но явно написана позже момента, когда Люнь заточили, куда позже. И глядя на то, насколько точно изображена Люнь на полотне, сразу напрашивался вопрос — откуда ведьма узнала, как выглядели мастера, если их черт знает сколько лет не видели?

Или видели?

А если видели…

В который раз я возвращаюсь к мысли, что Люнь может быть лишь тенью, которую оставили после себя, чтобы обмануть барьер. И я не хотел ей об этом говорить, понимая, что она может отреагировать очень… остро.

Думаю, сейчас она тоже об этом думает, потому и такая пришибленная.

Цурико принесла нас на место к сумеркам, остановившись на небольшой полянке перед забором, что был сделан из сухих веток, просунутых между проволоками.

— Вот она, — тихо сказала Цурико, поглядывая хмуро на домик.

— Ведьма?

— Да не кричи ты так, — шикнула она. — Не хватало нам еще проблем из-за тебя. Старайся ее не злить, а то, глядишь, чего еще сделает нам.

— А ты со мной не пойдешь? — спросил я.

— Я… я буду прикрывать тебя здесь, вдруг кто-то придет… Чего? — нахмурилась она, поймав на себе мой насмешливый взгляд.

— Ничего. Ладно, жди здесь, раз уж так. Прикрывай…

Да уж, вот реально, пытается строить не весть что и от этого выглядит еще более забавно. Но, признаюсь честно, от ее реакции мне тоже стало немного не по себе. Тут и сама обстановка еще располагала так: на полянке еще более-менее светло, а вот сам домик находился уже под кронами деревьев и выглядел в тени мрачно и жутко.

Но не страшнее того леса, где я был, так что плевать.

Я осторожно прошел по тропинке через калитку, от которой остался (или был изначально) проход, и попал на давно поросший папоротником и травой участок. Кое-где проглядывались еще вещи типа колодца, какого-то сарайчика и места для рубки дров, однако все это уже практически полностью поглотили джунгли.

Да и домик, скажем так, выглядел не самым лучшим образом. Как… короче, ему недолго осталось, насколько я вижу.

Но едва я подошел к двери и занес кулак, чтобы постучать…

— Входи, — раздался совсем тихий уставший голос, возраст обладателя которого я даже затруднялся определить. Вроде не старый, но в то же время со мной будто сама древность поздоровалась.

Как она вообще узнала, что… хотя стоп, чего я туплю: нас наверняка высокий уровень мог спокойно услышать, а мое приближение видно по источнику. Все, мистика разгадана, на душе стало спокойнее.

— Здравствуйте… — я толкнул дверь и осторожно заглянул внутрь домика, не спеша заходить.

Внутри выглядел он не сильно лучше, чем снаружи, будем честны. Темный, стены подгнившие, пол точно такой же, а где-то в стыках и вовсе трава пробивается. Та небольшая утварь, что была внутри, выглядела не сильно лучше самого домика. Я даже задумался, насколько безопасно туда входить.

— Не бойся. Если бы я хотела причинить тебе вред, я бы давно уже это сделала.

Обнадеживает…

— Смелее, Юнксу, — подтолкнула меня нетерпеливо Люнь. — Она бы тебе уже причинила вред, желай этого.

Ага, тебе легко говорить, ведь не ты помрешь, если что.

Хозяйка дома сидела в углу на столе, развернутая к двери, будто только меня и ждала все это время, что тоже несколько настораживало.

И первое, что я сделал, прогнал ее культивацию, с удивлением обнаружив, что та была всего-то на уровне Послушника Вечных стадии адепт. Не мало, но и не сказать, чтобы много для опасной ведьмы. То есть чисто технически она меня уделает, но супер великой и сильной назвать ее было сложно.

— Ну же, смелее, охотник. Я не кусаюсь. Обычно…

— Я тоже… — пробормотал я, сделал шаг в этот странный домик…

И ничего не произошло.

Домик как стоял, так и стоял на своем месте, а лес как шумел за дверью, так и продолжал шуметь. Этот дом так и оставался самой обычной деревянной постройкой, не спешащей исчезать или меняться в ближайшие несколько часов.

— Меня зовут Юнксу, — вежливо поклонился я как хозяйке, так и той, кто гораздо старше меня, судя по всему.

— А второе имя? — тут же спросила она.

— Гуань Юнксу, — ответил я.

— Тебе нравится это имя, не так ли? — спросила неожиданно ведьма.

Я не мог рассмотреть ее лица. Тень так удачно падала, что по шею все было в лучах заходящего солнца, но именно лицо уже было скрыто тенью.

— Мне любое имя нравится, которое меня не оскорбляет, — ответил я.

Она кивнула.

— Садись, позволь встретить тебя как гостя.

Честно говоря, мне не сильно хотелось здесь засиживаться. Я мог придумать тысячи причин, почему это может быть опасно: от того, что она ждет удачного расстояния, чтобы напасть, до того, что дверь закроется, и мы перенесемся куда-нибудь в жопу. Но обижать ведьму тоже не хотелось.