— Будем ночевать на улице, — невозмутимо ответила Пейжи.

— Как бродяги, — поморщилась Лин, но была вынуждена признать, что, скорее всего, им так и придется сделать.

— И все же я надеюсь, что нам хватит, — ответила Пейжи. — Не хотелось бы спать на чердаке или где-нибудь в проулке, где даже нельзя помыться. Надо где-нибудь расспросить насчет Ки…

— И Юнксу. Я думала, это и так уже ясно, но лучше бы ты предложила, у кого именно?

— Я не знаю. Но утро мудростью краше, поэтому я предлагаю пока лечь спать, Лин, а не гадать под звездами, и завтра уже решать такие вопросы.

Как и много раз до этого, привыкнув друг к другу настолько, будто ничего в прошлом между ними и не происходило, они обе залезли под одно одеяло, прижавшись друг к другу поближе. А с наступлением утра пошли искать информацию о Юнксу и Ки.

Лин окинула взглядом шумную улицу, которая уже с утра забурлила жизнью.

— Прошу прощения, — она буквально выдернула за локоть из толпы какую-то девушку, которая, почувствовав исходящую от Лин силу, аж побледнела, и с той же холодной невозмутимостью спросила. — Будьте так добры, вы бы не могли подсказать нам, мы ищем одного человека. К кому можно обратиться в городе?

— Не могу подсказать! — пискнула та. Дернулась, но Лин ее не отпустила. На глаза девушки выступили слезы, она испуганно смотрела на непонятную девушку с непроницаемым холодным лицом. — Я правда не знаю. Пожалуйста, отпустите, вы делаете мне больно.

Едва ладонь разжалась, как девушка чуть ли не бегом бросилась от них, спотыкаясь.

— Хорошо спросила, Лин, ничего не скажешь, — покачала головой Пейжи. — Естественно, каждый человек в городе знает о таком.

Как говорила Пейжи, Лин не хватало иногда проницательности и тонкости подхода к проблеме. Она была слишком прямолинейна, из-за чего при всей своей строгости, серьезности и холоде иногда делала ну совершенно детские и глупые ошибки. Однако это не значило, что Лин была глупа. Она умела анализировать ситуацию, умела планировать и прекрасно знала, что представляет из себя мир, просто иногда действовала слишком импульсно.

— Я хотя бы попыталась, — невозмутимо ответила она. — А что сделала ты?

— Спросила у хозяина, у которого мы остановились.

— Я не могу на него даже смотреть, — поморщилась Лин с отвращением.

— Он сказал, что нам стоит обратиться к информаторам, но это стоит слишком больших денег. Нам не хватит. Но думаю, мы можем обойтись и без них.

Спрашивать у Пейжи, что она предлагала, Лин не стала. Было достаточно того, что под вечер они обе отправились в районы, где могли сбыться самые сокровенные желания любого посетителя, будь то мужчина или женщина.

Две молодые девушки, которые притягивали взгляд, немного алкоголя, и у многих мужчин, польщенных вниманием, язык развязывался сам собой. Разделившись, они невзначай обходили район, подсаживаясь то тут, то там, пытаясь вести непринужденный разговор. И если Пейжи своей отстраненностью и спокойным подходом без проблем находила собеседников, то вот к Лин подсаживались лишь самые стойкие или любящие тех, кто пожестче.

Но такой опрос населения в конечном итоге принес свои результаты.

Встретившись под утро в снятой комнате, девушки поделились всем тем, что смогли разузнать за этот вечер.

Мир слухами полнился, а за последнее время самым громким оказался сильнейший погром в одном из кварталов и угон летающего судна одного из кланов, что снес несколько десятков крыш прежде, чем улетел.

— Это было месяц или полтора назад. Люди поговаривают, что его до сих пор ищут, и как бы не получилось так, что ищут и нас. Очень похоже на твоего ученика, — заметила Пейжи. — Он умеет наводить хаос, я это еще с секты приметила.

— Это на что же ты намекаешь? — сразу же ощетинилась Лин.

— Ни на что. Тебе есть что добавить? Выяснила что-нибудь?

— Говорят, его искали, обвиняли в убийстве членов секты и похищении члена клана. Жены главы клана, — сказала Лин. — Но я не верю в это. Этот мальчишка не стал бы так далеко заходить, если судить по тому, что я знаю о нем.

— А мне кажется, он вполне на это способен.

— О да, ведь он мой ученик, а значит, априори во всем виноват, не так ли? — хмыкнула она. — А что тебе другие, когда есть тот, на кого можно свалить всю вину?

— Это уже в прошлом, Лин, — успокоила ее подруга. — Твой ученик оказал мне услугу, и я ценю это, пусть до взаимной симпатии нам еще далеко. Но говоря о том, что мне удалось выяснить: люди говорили и противоположное. Поговаривают, что его подставили, оговорили, и потому клан защищал его и не выдавал секте, хотя мог сразу казнить. Ведь если так подумать, очень странно получается — он похитил жену, убил столько человек, а его не убили на месте, не казнили прилюдно, а просто посадили в темницу, что обязательно скажется на отношениях с сектой.