— Встань и повернись прямо. — Голос надломленный, хриплый. Сводный сильно возбужден, о чем доказывает даже плотная ткань спортивных штанов, бесстыдно топорщившаяся вверх. Своей попой я ощущаю, как он прижимается ко мне, задыхаясь.

Я послушно встаю, как в пьяном дурмане, разворачиваюсь прямо перед его лицом. Одной рукой он спускает вниз леггинсы вместе с бельем, хватает меня за бедро и толкает на себя. Охнув от неожиданности, ощущаю его твердый язык на моих складках, и, замычав что-то невразумительное, хватаюсь за его волосы, чтобы не упасть, сжимая и разжимая в такт его движениям. Такого со мной не делал никто. О Боже, как же хорошо…

Максу не очень удобно, он все время пытается оттянуть мои слишком облегающие штаны, и я, отстранившись, скидываю обувь и злосчастные леггинсы вместе с бельем, оставив все небольшой кучкой на полу. Все это я проделываю меньше, чем секунд за двадцать, потому что мне очень хочется вернуться к тому, что вытворял со мной Макс. Подхожу ближе к нему, и, нащупав мое бедро, он просто ставит мою ногу сбоку от себя, вновь прижавшись ко мне. В тягучем хмелю я плавилась, как воск, пока он лизал, посасывал, сжимал… то круговым движениями унесет меня куда-то в несуществующие дали, то слегка сожмет губами, отчего выстреливает искрами в кончиках пальцев. С вырвавшимся вскриком кончаю ярко, сильно и оглушающе, затем прихожу в себя, понимая, что своей хваткой оттягиваю его волосы и ему наверняка болезненно это ощущать. Пытаюсь отдышаться, между лопаток бежит тонкая струйка пота, волосы на лбу тоже взмокли.

— Пока ты окончательно не пришла в себя и не убежала, бросив меня здесь одного, заранее прошу этого не делать, — шутит сводный брат, и я, вздрогнув, нервно делаю шаг назад. — Я не смогу подняться сам, а связь тут не ловит.

Игнорирую его шутку и, смущенно наклоняюсь, нащупываю белье, но затем замираю. Он же не рассчитывал на секс?

— Слушай, я…

— Все нормально, ты можешь одеваться. — Его спокойный тон еще больше нервировал.

Проклинаю себя за свой вопрос, но задаю.

— Я… Ммм… А как же ты? — И в моем, казалось бы, непонятном вопросе толика вины со смущением и… явным предложением. Даже если он и не рассчитывал, я не уверена, что смогла бы ему отказать, если бы он настоял. Макс сразу понял, догадался, что меня тревожит.

— А я тоже, — усмехнулся парень. — Стыдно признаться, но как подросток в штаны выстрелил. Буду признателен, если ты отвезешь меня в комнату окольными путями.

Краска бросилась мне в уши. Он кончил от того, что делал со мной? Даря наслаждение мне. Отдавая. Вот так просто? Почему-то это заставляет чувствовать себя по-иному. Невозможно описать точнее, но я чувствую себя желанной и сексуальной. Такого у меня никогда не было, даже с бывшим.

— Скрывать не буду, я бы с удовольствием продолжил. Даже сейчас. Только знаю, что тебе нужно время. И уж, честно говоря, не на многое я сейчас способен в моем положении, — хмыкнул он.

Я слышала как он возился в темноте.

— Нужна помощь?

— Нет, в этом деле нет, — насмешливо бросает Макс. — Я пытаюсь привести себя в порядок, насколько это возможно носовым платком.

Черт. Да уж, тут действительно пусть сам справляется.

— А как же Паула? — Вопрос вырывается прежде, чем я прикусываю язык.

До этого мгновения я о ней даже не вспоминала, а теперь получается, что я не лучше Макса, переспавшего с девушкой Томаса. Становится слегка противно от самой себя. Я ведь осуждала Макса, не понимала, как он мог так поступить. А теперь, оказывается, я ни капельки не отличаюсь.

— А что Паула? — удивляется Макс.

— Ну вы же снова вместе? — бормочу себе под нос, поспешно натягивая одежду и радуясь, что он меня не видит в темноте.

— С чего ты взяла?

— Ну она здесь, постоянно в твоей комнате. — Чувствую себя глупо, отвечая на его вопросы, и еще глупее, задавая свои.

— Она просто ухаживает за мной. Согласилась это делать по старой дружбе.

— По старой дружбе? — не удержалась я. — На твоей шее засос.

Чертыхаюсь про себя, потому что прозвучало довольно ревниво.

Возможно Максу тоже так показалось, потому что он замешкался с ответом.

— Она хочет вернуть все назад. А я нет, — наконец ответил он, осторожно подбирая слова.

— Ладно, как скажешь. Мне все равно, — выдавила я, стараясь звучать как можно равнодушнее.

Не уверена, что получилось. После моего вопроса в лоб, контраст еще больше заметен.

Отбросив ненужные мысли, нащупала короб на сетке генератора, открыла и достала ручной фонарик. Посветила прямо в нахмурившееся лицо Макса. Вид у него был слегка растрепанный. За лучом света ему не было видно моего лица и его это слегка напрягало.

— О чем-то сожалеешь? — мрачно спросил, глядя прямо в слепящий луч.

— Не знаю, — честно ответила я. — Наверное, завтра буду сама себя ненавидеть, а сегодня я не хочу ни о чем таком думать.

— Зачем себя ненавидеть? — не понял он.