Все это время я стою застывшим изваянием, от шока и изумления не находя слов и сил, чтобы оттолкнуть его. Ноги плавно превращаются в кисель, пока сердце колотится, как сумасшедшее. Да как он смеет?!

Начинаю мычать и отбиваться, и через секунду он отлипает от меня, дыхание его сбилось.

— Ну привет, сестренка. Еще раз, — ухмыляется этот придурок, пока я пытаюсь привести мысли и чувства в порядок.

Увидев размытую наглую улыбку на его лице, разозлилась и влепила ему звонкую пощечину. От удивления он замер, смех сразу стих.

— Ты что творишь?! — завопила я, осознав происходящее. — Ты же мой брат!

— Ага, — после секундного замешательства хохотнул Макс. — Как гиена крокодилу.

Уточнять, кто из нас гиена, а кто крокодил я не стала, вместо этого уперев руки в бока.

— Юрген официально удочерил меня. — На этих словах я буквально почуяла, как изменилась атмосфера, из насмешливой превратившись в темную и пугающую. — Ты мой брат, официально. У нас одна фамилия. Мы одна семья.

— Я не Мартенс. Уже давно, — мрачно бросил он, чуть ли не выплюнув это имя. — Поэтому мысли о старшем заботливом братике выбрось из головы. Ты очень облегчишь этим наше совместное пребывание здесь. Тебе здесь не рады, откровенно говоря, и попытки «подружиться» оставь для Томаса или старика Йорна. Отработаешь сезон и катись на все четыре стороны. И всем, что здесь уготовано для постояльцев, можно пользоваться или до семи утра, или после двадцати ночи.

С этими словами он развернулся и ушел, шагая размашистым шагом, оставив меня гневно метать молнии в его спину.

Бесит, что я сразу не оттолкнула его. Какого черта я стояла как глушенный судак, пока он елозил меня во рту?! Наглый мерзавец! Не рад он мне! Как будто я счастлива до безумия, и с предвкушением жду нашей следующей встречи!

Ну и каникулы мне предстоят…

Он говорит на чистом русском. Выучил, пока работал бок о бок с моей матерью? А это странно, он ненавидит ее так же, как и меня.

И эта дурацкая линза… Я по-прежнему не знаю, как выглядит мой брат. Ха, это просто смешно.

Глава 3

Наспех съев свой ужин, я переоделась в теплый пуховик и вышла на свежий воздух, решив пройтись по окрестностям перед сном.

Шла вниз по дороге, обгоняя хохочущую молодежь, навстречу поднимались уставшие после катания сноубордисты и лыжники, в расстегнутых куртках, вспотевшие и… такие счастливые. Все улыбались, тут и там слышалась немецкая речь. Пару раз я уловила и русские слова.

Может, тоже стоит попробовать? Лыжи я бы попробовала, сноуборд кажется жутко неудобным и с ним я никогда в жизни не справлюсь. Но видно невооруженным глазом, что катание приносит всем удовольствие. Значит и мне понравится.

Впереди меня шли два высоких парня, и о чем-то перебрасывались словами на немецком, тихо посмеиваясь. Они были одеты в обычные пуховики, скорее всего направлялись к бару, чтобы выпить после катания. Томас говорил, что все вечера проходят довольно однообразно.

Трассы и подъемники закрывали в пять, потому что здесь рано темнеет, а кататься в темноте очень опасно.

Парни двигали в сторону ярко освещенной улочки, как вдруг один из них, ковыряясь в карманах, уронил перчатку, но не заметил этого, просто двигаясь дальше.

Подняв потерянную вещь, я пытаюсь догнать их, но оба, в силу своего роста, двигаются широким шагом, не замечая моих попыток окликнуть их. Поймут ли мой английский?

— Hey, guys! — окликнула уже громче, и они, замешкавшись, поворачиваются на меня. Симпатичные. — You have just lost it (Вы только что потеряли — прим. автора).

Широко улыбаясь, протягиваю перчатку удивленному и даже слегка растерянному парню, отмечая про себя, что у него красивое лицо. Выглядит он очень молодо, скорее всего моего возраста, может это из-за шапки, которая открывает его лоб. Он продолжает тупо смотреть на меня, хлопая глазами.

— Cпасибо! — отвечает за своего друга второй парень. Приятный блондин с белозубой улыбкой и карими глазами. — Извините, он просто ошалел от вашей красоты.

Смущенно улыбаюсь, а самой очень приятно.

— Не теряйте больше, — киваю парням и поспешно ухожу, пока еще не начала нервничать под внимательным взглядом красавчика-растеряши.

Настроение сразу поднялось, и, купив в ближайшем кафе облепиховый чай в стаканчике, я с удовольствием прогулялась по деревушке.

Весь Бад Гастайн просто кишел катающимися, лыжи и сноуборды были у каждого второго. Уже давно стемнело, но яркие гирлянды и уютные фонарики освещали узкие улочки. Многие, как и я, держали в руках стаканчики с напитками. Самым популярным здесь был глинтвейн. Обязательно попробую.