Кто научил его так целоваться?

От прилива чувств захватывает дух. Нехватка кислорода провоцирует жжение в легких.

— Чего ты хочешь Алан? — отрываюсь от его требовательных губ, всматриваюсь в животный блеск его глаз

— Тебя Алена, — он тяжело дышит пожирая меня глазами, — всю, в единоличное пользование

Очень сложно быть в ссоре со своими принципами. Оказалось, больно вырвать свои чувства.

Глупо сопротивляться, Алан завладел моим сердцем.

В ту ночь я добровольно впустила его в душу. Сейчас делаю тоже самое.

— Только для секса? — упираюсь ладонями ему в живот, перебирая пальчиками ткань, забираюсь под одежду нащупываю кубики с наслаждением касаюсь косых мышц живота.

Алан замирает, не скрывая ухмылки, расстегивает мою куртку накрывает ладонью правое полушарие груди.

От его прикосновений сердце стучит как ненормальное.

Не сводя с меня похотливого взгляда нежно сжимая сосок, наклоняется ниже и шепчет прямо в раскрытые губы

— Для жизни, — его руки подхватывают меня за бедра, он несет меня к багажнику на весу, словно я пушинка, подтягивает мое тело на себя, ловко извлекает ключи из кармана.

Целует в нос, жмурюсь.

— Я вижу в тебе больше чем другие, Алена, и не позволю стать чем-то меньшим, — щелчок брелока.

Капот его большой машины автоматически открывается. Передо мной предстает картина с ярко-красными бутонами роз, запах которых мгновенно проникает в легкие.

Их количество приводит в недоумение!

Закрываю ладонями лицо, сползаю вдоль тела обретая почву под ногами. Начинаю прыгать и визжать от радости, хлопая в ладоши.

Цветы! Он купил мне море цветов.

Шлюхам не дарят цветы.

Значит, значит… мысли путаются…

— Никто никогда мне покупал мне столько живых цветов! — в его глазах искры веселья

— Я буду во всем твой первый, — он ловко подхватывает мое тело, кружит вокруг своей оси, а я ловлю себя на мысли что мне нравится в этом человеке все: каждая морщинка в уголках глаз, повадки, запах!

— Поехали, отвезу тебя домой, — закрывает багажник с цветами, обнимая за плечи, разворачивает в противоположном направлении, открывает дверь внедорожника, помогая сесть, придерживает за локоть.

Чувствую себя в сказке.

Запрыгиваю на удобное кожаное сиденье, наблюдая как Алан обходит машину, садится за руль.

Пристегивается, трогается с места и почти сразу прикуривает.

Он откидывается на спинку сиденья, расслабленно ведет машину.

Улыбаюсь, ощущение что я еду с королем этой гребаной жизни.

Он забрал меня снова.

Я ему небезразлична!

Не замечаю как снова засматриваюсь на него, он замечает это и подмигивает.

Улыбаюсь и отворачиваюсь к окну.

Проезжая яркие рекламные щиты, которые располагаются один за другим вдоль московских улиц, словно завороженная наблюдаю как на моей коже играют лучи от ярких подсветок. Глаза сами возвращают меня к Алану.

Брат Айлин делает глубокие затяжки, молчит сосредоточенно смотря перед собой на дорогу, явно о чем-то думает.

— За цветы спасибо! — перевожу взгляд на маленький огонек его сигареты, который появляется когда он делает очередную затяжку

— Привыкай, теперь ты моя, я завалю тебя цветами, — во мне возникает странное чувство, я хочу курить, чтобы почувствовать ту же эйфорию что и он.

С ним все по-другому. С ним я чувствую себя легко и свободно. Я в старших классах хотела быть взрослой, пробовала курить за школой, мне не понравилось.

А теперь Алан так эротично втягивает в себя дым, сжимая фильтр губами, мне хочется попробовать.

— Можно мне? — откидываю голову на подголовник, медленно поворачиваю голову в его сторону, чтобы оценить реакцию.

Алан молчит и первые мгновения ничего не отвечает.

Первая мысль, что мужчины не любят курящих женщин, а значит мне ничего не светит.

Но Алан ведет себя странно, спокойно протягивает мне свою сигарету:

— Держи, — пытаясь втянуть в себя дым, вдыхаю в себя немного.

Отдаю сигарету обратно.

Ожидаемая реакция организма в виде кашля не заставляет себя ждать. На фильтре чувствую горький привкус. В горле першит.

— Куришь? — по голосу мне не понятно, он злится или нет

— Нет, — мотаю головой, — захотелось попробовать, в школе был опыт, мне не понравилось

— Учти это твоя последняя затяжка, — голос Алана меняется, — почувствую от тебя запах сигарет отлуплю ремнем так что неделю сидеть не сможешь, — первое что мне хочется это взбунтоваться и сказать что такая извращенная форма заботы для меня неприемлема.