— Так, я ничего не понимаю. Куда привезти?

— У Полины сегодня случился конфликт с Дмитрием, и она съехала от него.

— А почему она мне не позвонила? Я бы помогла с вещами…

— Ольга, давайте она сама Вам все расскажет, когда Вы приедете к ней. Извините, мне надо идти. Вы согласны нам помочь?

— Да, конечно, я как раз уже освободилась. Могу сразу за детьми. Жду адрес, — уже не так настороженно смотрит на меня подруга Полины.

— Спасибо, сейчас пришлю, — говорю я и отключаю вызов. Сразу скидываю адрес и кладу телефон на подоконник в кухне. Проходит не меньше часа, как я слышу звонок в домофон. Звонят с поста охраны, говорят, что ко мне гостья с двумя детьми. Даю указание пропустить. За время, пока гости поднимаются на этаж, я ставлю греть в духовку мясную запеканку, которую сегодня мне приготовила Лидия Степановна, моя домоуправительница. В дверь звонят, и я иду открывать. Ольга — симпатичная молодая женщина лет тридцати, с добрыми глазами. Она улыбается мне.

— Добрый вечер, — здоровается она. Ольгу за руку держит мальчишка, он смотрит на меня с недоверием. С другой стороны стоит дочка Полины. Она довольно высокая для своего возраста. Дети оглядывают помещение.

— Проходите по коридору налево, там кухня. Вы, наверно, голодны. Полина тоже не ела. Я сейчас вернусь.

Провожаю гостей и направляюсь в гостевую спальню. Полина приоткрывает глаза, щурится от света торшера, который я не стал выключать, когда выходил. Прохожу в комнату, сажусь на край кровати. Полина поднимается, садится, и смотрит на меня виновато.

— Привет, — говорю тихо, не зная, как начать разговор.

— Привет, — отвечает и отводит взгляд. Ее пальцы начинают нервно перебирать плед. — Простите, Максим Георгиевич, что стали свидетелем такой неприятной ситуации… — она начинает тараторить, я прерываю ее:

— Поль, ты о чем сейчас вообще, — ярость на ее недомужа вновь поднимается внутри меня. — Жаль, что он успел причинить тебе вред… — я касаюсь легонько припухлости на ее виске. Она морщится, но не отодвигается. — Сильно болит? — спрашиваю.

— Печет немного, но не болит. Сильно опухло? — она смотрит на меня выжидающе.

— Синяка нет, но краснота осталась. Надо наложить мазь, чтобы завтра не стало синим, — говорю ей.

— Извините, подвела Вас…

— Хватит извиняться, Поль. И, кажется, мы переходили на «ты»…

— Точно, — невесело улыбается. — Я постараюсь до завтра прийти в норму, подготовлюсь к встрече…

— Встречу Черный перенес, я как раз звонил тебе, чтобы предупредить, что у тебя свободный день.

— Спасибо, — еле слышно шепчет. — Если бы не ты, я не знаю, что делала бы дальше… Кстати… — оглядывается по сторонам. — Куда ты меня привез?

— Это моя квартира, и у нас гости, — говорю улыбаясь. Поля смотрит на меня выжидающе. — Пока ты отдыхала, позвонила твоя подруга… я не вдавался в подробности, но попросил забрать твоих детей и привезти сюда. В общем, они в кухне, ждут тебя.

Поля начинает озираться. Вскакивает с кровати и подходит к зеркалу. Поправляет челку, зачесывает ее на другой бок, чтобы прикрыть ушиб на виске. Поправляет футболку, оборачивается, потирает ладонями бока, нервничает. Встаю, подхожу к ней, беру за руку, поглаживаю ее запястье большим пальцем.

— У меня к тебе предложение. Только подумай сначала, не спеши отказываться.

— Хорошо, — ее пальчики чуть сильнее сжимают мою ладонь.

— Оставайся с детьми здесь. Пока все не образуется и мы не разберемся с твоим недомужем… Я в основном живу за городом, здесь останавливаюсь редко. Так что эта квартира в вашем распоряжении, — я поднимаю на нее взгляд, ожидая, что Полина начнет спорить. — Поль, соглашайся. Я просто хочу помочь…

— Максим, — шепчет она. Ее пальцы подрагивают. — Это неуместно…

— Не отвечай сейчас. Подумай, хорошо?

Она неуверенно кивает. Прикрывает глаза.

— Спасибо, — она тихо говорит и поднимает взгляд к потолку, стараясь сдержать слезы. — Пойдем? — она кивает в сторону двери. Киваю в ответ и выпускаю ее руку из своей.

Мы заходим в кухню, дети подбегают к Полине, обнимаются, целуются. Она спрашивает, как прошел их день. Ребятня оживленно рассказывает, как провели время без нее. Я вытаскиваю из духовки запеканку, делю на порции и раскладываю по тарелкам. Ставлю перед гостями, раскладываю приборы. Полина смущается, но пытается переключиться на детей. Ольга наблюдает то за своей подругой, то за мной. Ее распирает любопытство, но при детях она ничего не расспрашивает.

Ужинаем, разговаривая на отстраненные темы, потом я включаю детям мультики на огромной плазме в гостиной, и они уносятся из кухни. Возвращаюсь к девчатам. Ольга резко замолкает. Видимо, пыталась выпытать у подруги информацию. Я варю нам кофе, ставлю перед девушками их порции. Свою чашку беру и говорю:

— Если что, я в кабинете на втором этаже. От лестницы влево первая дверь, — оставляю подружек наедине. Полине нужно выговориться.

Захожу в кабинет, дверь полностью не закрываю. С первого этажа доносятся звуки телевизора и голоса детей. Звуки, которых так не хватало в этом доме. И вроде, не так тоскливо здесь находиться.