— Тогда с вас выпивка, с меня закуска, — усмехаюсь, глядя на Полину. Она понимает, что я слышу весь их разговор, ее щеки заливаются румянцем.

— Оль, нас слышно на всю машину, — смеется Полина. Ловлю взгляд Василия в зеркале, снова улыбаюсь. Мой водитель, наверняка в шоке от такого меня. Он за весь свой стаж работы у меня не видел, что я столько улыбаюсь, как в последний месяц. С появлением Полины в моей жизни многое изменилось. И эти изменения мне очень нравятся. Меня больше не раздражают вопросы родителей о моей личной жизни. И, вроде как, ретроградный Меркурий больше не случался. Даже Ксюша позвонила и сказала, что я стал похож на большого доброго кота.

Девчата еще пару минут болтают по телефону, пока мы катим в сторону офиса. Добираемся, на удивление, быстро. Поднимаемся на этаж, входим в приемную. Не сдерживаюсь, поднимаю Полю за попку, прижимаю к стене. Она сегодня в своих красных брючках. С ума меня сводит, чертовка!

Целую любимую помощницу в сладкие губы, с самого утра этого хотел. Но в суде как-то не к месту, а в Машине Василий… Полина отвечает на поцелуй, хихикает мне в губы. Опускаю ее ногами на пол, но не отпускаю из объятий. Она гладит мои плечи, смотрит в глаза и почти шепотом говорит:

— Спасибо тебе, Макс, без тебя бы я не справилась… И не решилась бы, наверно, закончить все…

— Полина Викторовна… — выдыхаю ей в губы. — Наконец-то твой развод состоялся! Я его ждал, как ребенок Новогодний подарок…

Полина опять хихикает. Вот хулиганка!

— И у меня к тебе серьезный разговор…

— О чем? — Поля напрягается, но я целую ее в кончик носа, потом в губы и говорю:

— Хватит тебе уже свободной быть, Поль! Давай поженимся, м?

Полина приоткрывает ротик буквой «О».

— Макс, это ведь…

— Мы взрослые уже, Поль, чтобы ходить вокруг да около… Я тебя люблю, ты меня тоже, я надеюсь…

Полина сглатывает, прикрывает глаза.

— Любишь, Поль? — уточняю я. Она кивает, касается моих губ легким поцелуем. — Ну тогда я попрошу твоей руки у Макара, — говорю я. Полины глаза становятся как блюдца. Целую ее, гася не сорвавшиеся с ее губ слова. Стоим, обнимаемся. Не могу ею надышаться. И как жил раньше, спрашивается?

Дверь в приемную открывается и на пороге застывает Филатов. Поля хочет быстро отстраниться, но я не даю. Целую ее в висок, приобнимая за плечи, не отпускаю от себя.

— Добрый день, Максим Георгиевич, Полина Викторовна…

— Очень добрый, Сергей, — отвечаю я, а смущенная Полина лишь кивает. — Что-то случилось?

— Эмм, не то, чтобы… В общем, вот…

Протягивает мне лист. Читаю, поднимаю на него вопросительный взгляд. Он тушуется, но начинает говорить:

— Хотел бы попросить без отработки, если возможно…На свое место могу порекомендовать человека… Мы учились вместе, и у его хорошие рекомендации…

— Я вижу, ты уже все решил…

— Вы извините, что вот так резко… — говорит, а сам смотрит на Полю, но быстро отводит взгляд.

— Подыскал уже место? — спрашиваю я. Толковый парень, даже жаль отпускать…

— Нет еще…

— У моего заказчика сейчас расширение штата… Могу дать ему наводку…

— Спасибо, Максим Георгиевич, — благодарит он, улыбаясь. Но улыбка выходит какой-то грустной. — Мои контакты у Вас есть, — кивает.

— Тогда на электронку мою жду резюме твоего протеже, — напоминаю я. Прощаемся. Полина стоит грустная. Себя винит опять. Чтобы она не начала грузиться и ничего себе не надумала, целую ее в висок и говорю:

— Пушкин как раз ищет ай-тишника. Дам ему контакты Сергея.

Дальше день пролетает как одно мгновение. На почту прилетает письмо с резюме нового программиста. Очень неплохое резюме. Договариваемся о собеседовании в среду. Чем быстрее решим вопрос, тем лучше.

Неделя тоже проходит незаметно. Хорошо, что у нас нет срочных дел и мероприятий. Занимаемся текущими договорами, решаем проблемы по мере их поступления, но никаких стрессов, все тихо и спокойно. В пятницу решаю отпустить нас с Полиной домой пораньше. Объявляю Василию свободный вечер. Он довольный уезжает на Кадиллаке домой до понедельника. Уходим с Полей из офиса в четыре часа, забираемся в Полину машинку. После Эскалейда ее Опель кажется совсем крошечным, но довольно комфортным. Полина скучала по своей машине. Целует ее в значок на руле. Улыбаюсь ее действиям, пристегиваю ремень. Выезжаем с парковки, Полина ведет машину уверенно, смотрит по зеркалам и даже знает, как включить задний дворник. Забираем Нику с продленки, Макара из сада. Дети рады такому раскладу, резвятся на заднем сиденье. Они еще не знают, что мы решили сегодня устроить вечер не в квартире, а за городом. Я уговорил Полину поехать, показать детям дом. Доезжаем довольно быстро, несмотря на плотное движение. Открываю ворота с пульта, Макар в восторге от таких мелочей, как автоматические ворота. Потом замечает во дворе мой Мерс. Даже рассказывает мне про то, что «вот такие вентилируемые тормозные диски ставят на мощные машины» и спрашивает сколько лошадей под капотом. Ника лишь закатывает глаза и смеется. Проходит к крыльцу, навстречу выходит Лидия Семеновна. Я ее предупредил, что мы сегодня приедем. Она радуется, обнимает, целует детей, потом Полину. У меня уже щеки болят постоянно улыбаться, но мне безумно нравится то, что происходит вокруг. Располагаемся в комнатах, затем дети уносятся помогать Лидии Семеновне накрывать на стол. Мы с Полиной спускаемся в гостиную. Обнимаю Полину, целую в висок. Я счастлив! Улыбаюсь, качаю Полю в своих объятьях. Не понимаю, в какой момент мы перестаем быть одни. Лишь слышу:

— Мы тоже хотим обнимашки!

И с двух сторон нас сжимают детские ручки. Подхватываю Макара одной рукой, Нику другой. Они обнимают меня за шею, дружно визжат от восторга. Полина обнимает нас троих. В дверях стоит Лидия Семеновна, улыбается, в глазах слезы. Я знаю, что она рада за меня. И я очень рад.

— Макар, у меня к тебе есть серьезный вопрос, — начинаю я. Никто, кроме Поли и меня, не понимает, о чем я.

— Какой? — спрашивает мальчишка с серьезным выражением лица. Настоящий мужичок!