Шрифт:
Не могу обернуться, потому что в этот момент окончательно ломаюсь и срываюсь на плач. Сквозь пелену слез замечаю, как с дивана поднимается Алекс, устремляет удивленный взгляд на мальчиков. На своих детей, убийство которых оплатил пять лет назад.
Застывает, рассматривая близнецов. Синева его глаз темнеет, а грудь вздымается сильно и часто. Понятия не имею, о чем думает Врагов сейчас.
– Извините, Богдана Алексеевна, но вам придется проехать с нами в участок. До выяснения обстоятельств дела, – заключает Артемьев.
– Это какая-то ошибка, – очередной обреченный взгляд разбивается о сталь брони Алекса.
– Собирайтесь, – торопит следователь.
– Не могу, – сипло пищу в ответ. – Не с кем детей оставить.
– Вызовите мужа, – небрежно предлагает.
Сам же кивком подает знак своим коллегам, которые мгновенно оказываются рядом со мной. Чтобы не совершила побег? Как настоящая преступница! Как стыдно, страшно и… больно.
– Муж за границей, – стираю слезы с щек, но соленые капли прибывают. – Игорь отключает телефон, когда уезжает к… – резко останавливаю себя, ругая за импульсивность. Чуть не проболталась! – Когда уезжает в Австрию… по делам, – подчеркиваю для пущей убедительности.
Ощущаю аккуратную, но твердую хватку на локте. Одного из правоохранителей. Понимаю, что не смогу избежать задержания. Уверена, полиция разберется во всем, ведь я невиновна. Но на это нужно время.
А сейчас я вынуждена уехать с ними. На неопределенное время. И оставить моих мальчиков одних.
Провели вместе день, называется. Нарушили запреты Игоря.
Оглядываюсь на испуганных близнецов, перевожу внимание на Врагова, что превратился в каменного истукана.
И принимаю абсолютно нелогичное решение.
Вопреки здравому смыслу, делаю шаг к Алексу.
– Присмотри за детьми, – умоляюще шепчу, пока его синие глаза округляются от шока.
Тайна вторая. Глава 9
Пять лет назад. Англия
Алекс
Черная зебра без белых полос перебежала дорогу, а потом и вовсе сдохла на моем пути. Иначе я никак не могу объяснить череду неудач, что обрушились на меня в эти дни.
Мой рейс перенесли из-за погодных условий. Я бы предупредил Дану об этом, но она упорно игнорировала мои сообщения. И сама молчала. Обиделась на что-то?
Хочу скорее вернуться в Россию и выяснить, что произошло. Может, у девочек и принято объявлять бойкот, но меня подобные отношения не заводят. Лишь нервируют и настораживают. Вытрясу из птички правду. Дождусь, пока она выскажет мне все свои претензии. А напоследок отшлепаю! Чтобы не дурила впредь!
Я здесь два месяца без нее подыхаю, а она в молчанку вздумала поиграть.
Набираю текст очередного сообщения, отправляю в никуда. Исходящий звонок и вовсе обрывается. Прокручиваю в руке смартфон, и внезапно на меня снисходит озарение. Почему я раньше об этом не подумал?
Моя глупая птичка легко могла забыть пароль от аккаунта, а то и вовсе телефон потерять. И сейчас переживает не меньше моего. Прилечу в Россию – и сразу к ней.
Расстегиваю молнию на чемодане, достаю продолговатую бархатную коробочку. Аккуратно открываю и довольно усмехаюсь. Внутри золотая цепочка с кулоном в виде птички. Как раз подойдет к кольцу, которое я подарил Дане перед отлетом. Ей понравится. Надеюсь…
Но потом я все-таки ее отшлепаю. Теперь мне не дает покоя эта пошлая мысль…
Вибросигнал мобильного заставляет меня выпустить из рук коробочку. Цепочка вылетает и скользит под тумбочку. Лихорадочно нащупываю ее одной рукой, а второй – поднимаю трубку и включаю громкую связь.
– Дружище! – орет Макс, пробиваясь через бешеную клубную музыку.
– Ты перепил? – морщусь со злостью. – Мы полгода не общаемся.
– Да-да, мы в ссоре из-за девчонки твоей. Я как раз по этому поводу и звоню, – тараторит, а у самого язык заплетается. – Мы с Олегом такой клуб классный нашли. За городом. Для элиты, – понижает тон заговорщически. – Дорого все, мля, но богато. Включи видеосвязь, Алекс! Покажу кое-что…
– Слушай, Макс, ты похвастаться позвонил? – раздражаюсь не на шутку. – Плевать мне на ваши клубы. Я женюсь скоро…
И все же включаю видео и устремляю взор на дисплей. Вот какого черта ведусь? Однако любопытство сильнее.
– Во-от, уже теплее, – Макс разворачивает смартфон так, чтобы вместо красной рожи бывшего друга я видел зал клуба. – Я бы подумал, что у твоей будущей жены девичник, но что-то не нашел подружек невесты рядом. Здесь только «друзья», – ржет дико.
Изображение трясется, сигнал то пропадает, то появляется вновь. Перед глазами рябит от мутных силуэтов и мигающего света прожекторов.