Чикату проводил нас к тому месту, где вчера горел большой костёр и отправился по своим делам. Мы с Кастом весь день тренировались над созданием атмосферы. Мы также сидели, скрестив ноги, друг напротив друга. Каст сначала показывал мне определённые движения, которые требовали хорошей ловкости пальцев, затем я повторял.

До мастерства старика мне было ещё очень далеко. Он выпускал из своих рук десятки струй воздуха, а мне за сегодня удалось создать не больше трёх. Мы сидели так весь долгий день, несколько раз делая перерывы и возвращаясь в лачугу Каста. В один из перерывов старец угостил меня странной похлёбкой.

Я помнил, на какой планете нахожусь, поэтому спросил у него, скрывая свою брезгливость и всматриваясь в глиняную тарелку:

— Из чего это?

— Из бобов и корня фунги. Сварено на огне, — ответил старик, видя мою неловкость. — Ты не бойся, я не ем человечину и тебе не советую.

— Откуда растения, если на этой планете ничего не растёт?

— Мальчик мой, ты, правда, о себе ничего не знаешь? — Каст положил руку мне на плечо. — Хотя, видимо, так оно и есть, раз ты спрашивал про звёзды.

В который раз говоря о светилах, Каст возвёл глаза к небу, хотя мы и сидели в доме.

— Если честно, я больше догадываюсь о том, кто я, чем знаю наверняка, — сказал я и опасливо попробовал суп.

На вкус он был, как обычный овощной суп без соли.

— Мы — планетотворцы, — старик показал рукой сначала на себя, потом на меня. — И мы способны управлять энергией звёзд. Мы можем собирать воедино расходящиеся атомы вокруг планеты, образовывать из них молекулярные соединения, что мы и делаем, плетя атмосферу. Из атмосферы мы уже формируем облака, которые приносят дожди на землю, и мы образуем на ней реки и моря. И из этой воды мы уже можем создавать органические соединения, которые преобразуются в растения.

— А мы можем оживлять растения или людей? — спросил я о том, что всегда не оставляло меня в покое.

— Растения точно можем, а вот про людей не знаю. Мои учителя ещё тысячелетия назад рассказывали, что людей можно лечить, если на то будет воля самих звёзд.

— Так получается звёзды живые?

— Они не состоят из органики, как ты знаешь, но у них есть душа. Звёзды в ночи перешёптываются между собой. Ты не слышал их шёпот?

— Слышал, — задумчиво ответил я. — Этот шёпот привёл меня к порталу.

— Звёзды могут нас направлять, если на то их воля, — старик улыбнулся.

— А вы научите меня выращивать растения?

— Конечно! Моих сил хватает только на поддержание атмосферы, но с твоей помощью, мы сможем снова вырастить леса на Ардентальте.

— Снова? — переспросил я.

— Да, опять же лесам нужен углекислый газ из атмосферы, и, если его нет, они погибают. Цепочка рушится. Последние, сотворённые мною деревья погибли два тысячелетия назад. Я составил полную цепочку, но атмосфера рушится, если её не поддерживать ежедневно.

— А нельзя составить так, чтобы цепочка работала без вас? — я допивал остатки супа.

— Эта планета не пригодна для жизни ещё и по своему расположению. Все газы, собранные мной из космических просторов, притягивает соседний газовый гигант дальше от звезды, орбита которого располагается параллельно Ардентальту. Но и на ней жизнь невозможна. Температура там гораздо ниже нормы.

— То есть, вторая планета движется с большей скоростью, чем Ардентальт, и постоянно нагоняет нас, верно?

— Да, ты правильно заметил.

— А нет ли способа убрать эту планету?

— Я об этом не задумывался. Но это, скорее всего, невозможно.

Каст задумался.

— Если у королевской обороны есть ракеты, способные погасить пламя звезды, то должно быть что-то, способное разрушить и планету из газа, — предположил я, глядя на него.

— Возможно. Но наш король точно не будет об этом спрашивать. Ты же знаешь, людоеды — изгои. Вся Вселенная мечтает, чтобы они поскорее вымерли, а они всё никак не умирают, чтобы ни произошло, — с усмешкой ответил старец.

Меня порадовало отсутствие связи с остальной Вселенной. Уж тут-то моя семья точно не будет меня искать!

Чтобы достичь результата Каста по сотворению десяти воздушных потоков у меня ушла неделя времени Ардентальта. А чтобы превзойти его результат и создавать параллельно сто потоков, у меня ушёл ещё месяц. Все дни были похожи один на другой, ничего не менялось. Мои раны быстро затянулись.

Стало гораздо легче дышать. На горизонте показались небольшие скопления юных облаков. С каждым наступлением ночи мы показывали местным жителям наши умения, которыми они восхищались. Несомненно, планетотворцы были самыми почитаемыми людьми, или не совсем людьми, на Ардентальте. Каст объяснил, что раз я достиг хороших успехов в создании атмосферы, мы должны двигаться дальше.