– Не плачь! – успокаивал я его, – Как зовут то тебя?

– Селёжа… – всхлипывал ребёнок.

– Ну, надо же! Я тоже Серёжа! Вот тебе, тёзка, яблоко. Пожуй и перестань хныкать.

Мальчик яблоко взял, но всхлипывать не перестал.

– Я писять хочу! –вдруг объявил он.

– Тогда пошли, – сказал я, взяв мальчонку за руку. Отвёл его за ближайший закрытый киоск.– Ну, делай свои дела, а я пока твоё яблоко подержу.

Через несколько секунд выяснилось, что Серёжа не может расстегнуть шортики. Справились и с этим. Ребёнок заметно повеселел. Я отвёл его на прежнее место, считая, что именно сюда явятся серёжины родители. Всё это время меня не оставляло странное чувство, что я этого малыша хорошо знаю. Потом я сообразил, что он как две капли воды похож на меня самого в таком же возрасте, судя по фотографии в нашем старом семейном альбоме.

Тем временем на площади появился УАЗ-фургон с надписью на борту «Штаб ЧС». По громкой связи собравшимся объявили, что пассажиров с детьми разместят на ночлег в гостинице, остальных – в палаточном городке, спешно сооружаемом поблизости. Каждому пассажиру будет выдан армейский сухой паёк. Отправка к морю будет производиться завтра утром автобусами.

Этот хороший шанс упускать я не собирался. Минут через двадцать мы с Серёжей уже стояли в очереди на заселение в гостиницу, раньше многих добравшись туда на городском автобусе. – Сейчас заселимся, отдохнём по-человечески, -размышлял я, – А если родители так и не появятся, завтра утром отведу малыша в полицию.

– Мужчина! А можно я выйду за вас замуж?! – услышал я приятный женский голос. Ко мне обращалась женщина, немного помладше меня. Внешность её соответствовала моему вкусу. Стройная кареглазая шатенка, слегка вздёрнутый носик, ротик маленький. Догадавшись, что она вогнала меня в ступор своим вопросом, дама пояснила: – Видите ли, я тоже хотела бы устроиться в гостиницу. А поскольку вы стоите вдвоём с сыночком, то я могла бы сойти за вашу жену.

– Но ваша хитрость тут же будет разоблачена, как только вы предъявите свой паспорт – заметил я.

– А мы скажем, что в этой суматохе у меня украли сумочку с документами – не сдавалась женщина, – надеюсь, вы это подтвердите.

– Как прикажете мне к вам обращаться?

– Называйте меня Еленой Владимировной, можно Леной.

– А я Сергей Петрович, можно Серёжа.

– Значит договорились?

– В принципе да, но придётся говорить, что в сумочке были и документы нашего сына, тоже Серёжи.

– Это ещё лучше, выглядит совсем правдоподобно! – торжествовала самая хитрющая из дочерей Евы,– Я уверена, что всё у нас получится. Вы берите переговоры на себя, а я уж подключусь в крайнем случае. Поплачусь насчёт украденной сумочки. Кстати, вот она. Чтобы никому в глаза не бросалась, пусть пока у вас в рюкзаке полежит. Надо только Серёжу убедить называть нас папой и мамой.

– А как насчёт исполнения супружеского долга? – иронизировал я.

– Как мальчик уснёт, то без проблем, – отвечала Лена.

К моему удивлению наше вселение состоялось без сучка, без задоринки, благодаря актёрским способностям моей новоявленной жены. Она убедила в своей правоте даже администратора гостиницы, а уж Серёжу и подавно.

Когда мы получили ключ от номера и три сухпайка, я осознал, что чудесам в жизни всегда есть место, если немного подсуетиться. Вскоре мы всей семьёй уселись трапезничать. Поначалу я уговорил Лену выпить по рюмочке за успех операции, для этого с видом фокусника выудил бутылку «Белого аиста» из рюкзака. Затем был на очереди ароматный иван-чай ( кипятильничек я всегда вожу с собой). Самса и крекеры с клубничным джемом из буфета на этаже оказались тоже очень вкусными. А для Серёжи я прихватил там же изумительный тортик с мороженым. Сухпайки оставили на завтра.

Солнце уже спряталось за горизонт, а Серёжа всё бодрствовал, всё спрашивал, когда папа с мамой приедут. Наконец стал позёвывать. Лена быстренько уложила его спать. А дальше преспокойно уткнулась в смартфон, не обращая на меня внимания. Забыла, что ли наш уговор? У женщин бывает и так: когда их прижмёт, на всё согласны, а потом – финт в сторону. Пожалуй, следует нам с ней ещё коньячку принять для лучшего взаимопонимания.

Вдруг раздался громкий стук в дверь и возгласы: – Откройте! Полиция! Когда я открыл дверь, в номер ворвалась дебелая женщина, чуть не сбив меня с ног. Она кинулась к спящему Серёже с криком: – Сыночка! Сыночка!

Подскочивший на диване малыш сразу оказался в её объятиях. Здесь я должен отметить, что он странным образом внешне изменился, как будто на площади мне встретился совсем другой ребёнок. За энергичной дамой вошёл мужик, уступающий ей в весовой категории, в состоянии лёгкого подпития и со свежим фингалом под глазом. Затем в номере появились охранник и администратор гостиницы.

Дебелая, обращаясь к охраннику, с пафосом произнесла: – Эти люди похитили моего ребёнка! Задержите их.

– Перестаньте чушь пороть! – со злостью парировал я – Вы бросили своего ребёнка на жаре в тысячной толпе на длительное время. Его мучила жажда, хотелось в туалет. Вы ему даже бутылочки с водой не оставили.

Поэтому мы с женой решили устроить вашего Серёжу в гостиницу, выдав за своего сына и на время вашего отсутствия оказывать ему помощь. Благодарности от вас, как я вижу, не дождёшься. Но хотя бы прекратите ваши глупые нападки.

Дебелая вытаращила глаза: – Какой Серёжа? Его Антоном зовут. Даже имя не удосужились спросить, спасители хреновы!

Я уже впадал в ступор, но тут вмешалась Лена: – Да не важно, как его зовут! Разве можно так издеваться над собственным ребёнком? Он же весь зашёлся от плача. Неврастеника хотите вырастить? Где вы были всё это время?