Селезёнка гмора, тип 22, ценный алхимический ингредиент.

И ничего более. Да и хватило его только на пять применений, после чего навык ушёл на суточную перезарядку.

Потрошение гморов заняло несколько часов. Когда всё было закончено, мы, как смогли, отмылись в лабораторных умывальниках. Игла убрала банки с органами в инвентарь, а взамен достала две канистры с бензином.

Открыв крышки, мы начали расплёскивать горючую жидкость по лаборатории. В нос ударил запах бензина. Я остановился. Немного наклонил канистру. Сунул в горловину пальцы и смочил их в бензине. Поднёс к носу и понюхал. Запах бензина я чувствовал, а вот остальные…

Только сейчас я заметил, что в подвале не было трупного запаха. Подошёл к гнезду, присел на корточки и принюхался. Оно ничем не пахло.

Игла тоже остановилась, глядя на меня. Я подошёл к столу и сунул нос в распотрошённого гмора. Тоже никакого запаха. А ведь так не бывает. Я на войне был, я знаю, как пахнет, когда пуля человеку кишки выматывает.

Как я раньше этого не заметил?

— Так не бывает, — озвучил я свои мысли, — какая бы здесь не была вентиляция, запахи должны быть.

— В реальности должны, — ответила Игла, — но здесь не реальность. Многое реалистично сделано, но не всё. Разрабы не настолько маньяки, чтобы прописывать всякую вонь. Не забывай, что игроки должны монстров отстреливать, а не блевать на них.

Должно быть, в сгустившихся сумерках наши фигуры на фоне пылающего здания выглядели достаточно эпично. До того, как мы подобрали сейф. Перегруз добычей у нас был такой, что тащить его пришлось вдвоём и делали мы это очень неторопливо.

Увидев, что лаборатория горит, а мы неторопливо от неё ковыляем, оцепление снялось, не дожидаясь команды.

Первым к нам подбежал Люк Мак-Кормик. Он, ни слова не говоря, переводил взгляд с меня на Иглу и обратно. Постепенно за его спиной собрались остальные. Мы остановились. Поставили сейф на землю. Игла подошла к Люку и положила руку ему на плечо.

— Мне очень жаль, Люк, — сказала охотница, глядя в глаза парню в рабочем комбинезоне. — Вряд ли вам будет от этого легче, но убийцы ваших родственников мертвы.

— Мэм… Спасибо, мэм. А… — он посмотрел на разгоревшийся пожар. — Это было обязательно? Мы могли бы хотя бы похоронить…

— Обязательно. Монстры часто переносят заразные болезни. Мы, охотники, к ним иммунны, а вот для вас они опасны. Так что…

— Да, мэм. Я понимаю. Спасибо, мэм.

Парень развернулся и медленно побрёл к машинам. Ссутулившись и шаркая, как старик. Стрелки расступались перед ним. Кто-то сочувственно смотрел, кто-то похлопывал по плечу или спине и что-то говорил. Я провожал взглядом его бредущую в отсветах огня фигуру и вспоминал слова Иглы: «Мы не спасатели, Змей. Спасти кого-либо не удаётся почти никогда. Мы охотники на монстров. Наша задача — убивать чудовищ. Жизни мы сохраняем именно так». Правильные слова. Для нас. Но вот тем, чьи близкие погибли от когтей и зубов монстров никак не легче от этой правильности.

Местные оказались отличными ребятами. Когда мы вернулись в город, мэр собрал маленький митинг и торжественно объявил, что мы — почётные гости Лайонсбриджа и пока мы здесь, проживание в гостинице и кормёжку оплачивает городской бюджет. В ответ Игла пошутила про мой аппетит и по секрету сообщила присутствующим, что я уже разорил два ресторана в Ист-Харборе, владельцы которых опрометчиво решили покормить меня за счёт заведения. Присутствующие впечатлились и потребовали демонстрации. Я постарался их не разочаровать. И у меня это получилось. Завтрак, всё-таки, был слишком давно…

В ресторанчике при местной гостинице состоялось нечто среднее между торжественным ужином и поминками по погибшим горожанам. Я злоупотреблять алкоголем не стал и за весь вечер выцедил полбокала виски. Игла оказалась за столом рядом с Люком Мак-Кормиком и, кажется специально, напоила его до бесчувствия. Впрочем, её саму через некоторое время пришлось доставать из-под стола и нести в номер. У меня возникло впечатление, что набралась она целенаправленно.

Разошлись поздно. Я принял душ. Почистил одежду, на сей раз более тщательно. Лёг в кровать.

Бурный получился день. Насыщенный событиями и впечатлениями. Я долго не мог уснуть. Из головы не шёл Люк и его родственники. Начальник полиции шепнул мне, что парень потерял всю семью. Что бы я сам чувствовал, в один день лишившись всех родных? Попытался представить и покрылся холодным потом. До сих пор я не терял никого, по-настоящему близкого. Просто представить, что я остался один, было страшно. Очень страшно.

С Люка мысли перескочили на Джейн и Алису. А ведь они такие же хрупкие, как те местные, убитые гморами и однажды я могу потерять и их. При мысли, что могу сам оттолкнуть Джейн, потерять её по своей вине, из-за ревности к человеку, с которым она не виделась много лет, я почувствовал, как в груди разрастается холод. А что, если уже потерял?