Что произошло? Все, что я могла вспомнить, это громкий взрыв, а затем…

Ничего.

— Черт, — простонала я, прикоснувшись рукой к носу. Из носа текла струйка крови, переносица болела, но, что удивительно, она не казалась сломанной. Очень повезло, учитывая, сколько подушек безопасности сработало в G-Wagen, когда я столкнулась с огромным деревом прямо в поле моего зрения.

Вся передняя часть машины была смята, и если бы я была в более маленькой машине, я бы точно погибла. А так, самые тяжелые травмы я получила из-за сработавших подушек безопасности и ремня безопасности, перерезавшего мне грудь и талию.

Потребовалось четыре или пять сильных толчков плечом, чтобы открыть дверь, благодаря смятому металлу, но когда она, наконец, освободилась, я с криком облегчения вывалилась в грязь.

В ушах все еще звенело от высокочастотного воя, а равновесие все еще было нарушено. С каждой минутой эти ощущения уменьшались, так что я не думала, что у меня лопнула барабанная перепонка. Надеюсь. На шее и ухе была кровь, но она могла попасть из раны у линии роста волос.

Откинув с лица липкие, окровавленные волосы, я сделала несколько вдохов и огляделась. Машины, столкнувшей меня с дороги, нигде не было видно, а в лесу, куда я врезалась, царила мертвая тишина. Конечно.

Мне нужно было позвать на помощь. Мне нужно…

Черт.

Я хотела позвать ребят. Но я не могла. Не после того, как я только что с ними рассталась. Не после того дерьма, которое они пытались мне впарить.

Кроме того, у меня не было телефона. Он был в кармане моего пиджака, который, вероятно, все еще находился под колонкой на вечеринке на складе.

— Черт возьми, МК, — пробормотала я про себя, наблюдая, как мое дыхание затуманивается в прохладном ночном воздухе.

Шатаясь и спотыкаясь, я вернулась на дорогу. На мне все еще были туфли на высоких каблуках, но я не снимала их до тех пор, пока могла, чтобы не поранить ноги о камни или гравий. Дорога выглядела тихой, и я понятия не имела, сколько времени пройдет, прежде чем кто-нибудь появится. Черт, я даже не был уверена, где нахожусь.

Я не обратила внимания, когда покидала склад, и теперь расплачивалась за свои глупые решения.

Одно я знала точно – я не могла там оставаться. Что если тот, кто сбил меня с дороги, придет, чтобы закончить работу?

Решив, я поспешила по дороге. Может быть, если я разгоню кровь, это поможет мне согреться. Но, с другой стороны, так моя рана на голове будет сильнее кровоточить. Вот такой выбор. Умереть от переохлаждения или умереть от потери крови.

За следующим поворотом я заметила огни среди деревьев. Мне нужно было уйти с дороги, потому что идти по ней было так же плохо, как и оставаться в машине, если кто-то хотел меня убить, поэтому я быстро приняла решение. Я направлюсь к этим огням и буду молиться всем небесным существам, чтобы это была закусочная, полицейский участок или что-то столь же полезное.

Следующие несколько минут я осторожно пробиралась сквозь густой подлесок, направляясь к ярким огням впереди. Однако чем ближе я подходила, тем сильнее становилась моя тревога. Когда я наконец вышел из-за линии деревьев, я долго стояла на месте, с трудом понимая, что я вижу.

Это был Смеющийся Клоун. Я была в проклятом, гребаном Смеющемся клоуне. Только вместо темного, заброшенного парка, который мы видели после вечеринки Бри – когда мы оставили Скунса избитым и окровавленным под клоунским лицом – здесь все было освещено.

Все было по-прежнему облезлым и запущенным, повсюду мусор и сорняки, но кто-то снова подключил электричество, и огромный клоунский рот был полностью освещен и мигал. Из древних динамиков на высоких столбах доносилась жуткая музыка, и меня пробрала глубокая дрожь.

Я только что вошла прямо в ловушку, специально созданную для меня. У меня не было никаких сомнений.

— К черту, нет, — сказала я огромному клоунскому лицу над входом. — Ни за что на свете.

Я повернулась, чтобы вернуться на прежний путь, но темная фигура, силуэтом вырисовывающаяся на гребне, с которого я только что спустилась, заставила меня замереть. Ужас пронесся сквозь меня, вызывая рефлекс борьбы или бегства. Я не была идиоткой; я, черт возьми, побежала.

Выбрав меньшее из двух зол, я отшвырнула каблуки и босиком проскочила под психотическим смеющимся лицом клоуна в темный парк.

В самом парке должны были быть сотни мест, где можно спрятаться. Мест, где не придется снова заблудиться в дурацком, гребаном доме развлечений.

Заметка для себя. Не беги снова в этот чертов дом развлечений, МК.

Я была так сосредоточена на том, чтобы не быть идиоткой, что сделала то, за что героиню каждого фильма слэшеров следовало бы отшлепать. Я оглянулась назад.