Нам обоим было плевать.

Её ладонь одновременно исцеляла моё покалеченное тело и останавливала кровотечение, а лечебная магия проникала через губы и разливалась по мне благодатной энергией, снимая боль и даруя силы.

Когда жизнь висит на волоске, подобное исцеление кажется манной небесной, но, даже несмотря на это, я понимал, что для такой раны и такой кровопотери, как у меня, простого целительного поцелуя будет недостаточно.

Неожиданно рядом с нами послышался голос Горо Исимы:

— А ты всем пациентам удовольствие доставляешь, или только избранным? Куда в очередь вставать?

Джанко напряглась, но целовать меня не перестала.

Сейчас её главной задачей было исцеление, пусть даже таким сомнительным способом. Она спасала мне жизнь, как умела, и даже Горо Исима не смог сбить её с толку, за что я был ей особенно благодарен.

— Наш снежный мальчик решил, что перед смертью ему всё можно, — продолжал возмущаться он. — Эй, Мидори! Глянь-ка! Видишь, что он делает?

— Вижу, — услышал я тихий голос Мидори неподалёку. — Он истекает кровью, а Джанко лечит его, как может.

Услышав, что к нам подошла Мидори, Джанко перестала меня целовать. Она перевела дыхание и посмотрела на мою рану.

— Другого выхода не было, поэтому я... я снова это сделала... только сейчас даже оно не особо помогло, нужно что-то более сильное... я не знаю... Кирилл, я не знаю...

— Спасибо, боль немного утихла, — перебил я её дурацкие оправдания: эта девчонка уже который раз помогала мне, как умела.

Правда, моё сознание всё равно собиралось помахать мне рукой. Перед глазами темнело, а веки еле поднимались, как у пьяного.

— Эй, Джанко, ты закончила облизывать его, или мы подождём? — спросил Горо. — Там ещё двое раненых, если что.

Вместо того, чтобы отвечать на его идиотский вопрос, девушка оторвала ещё один лоскут от своей юбки и отдала мне.

— Прикрой рот и нос.

— Ты так скоро без юбки останешься, крошка, — не забыл прокомментировать Горо. — Но я, конечно, не против. Ниудам, возможно, тоже понравится, и сначала они набросятся на тебя.

Видя, как гаснет моё сознание, Джанко нервно выдохнула и посмотрела на Мидори, игнорируя болтовню Горо.

— Помоги мне. Одна я не справлюсь.

Вражда между ними временно была приостановлена.

Мидори поспешила присоединиться и тоже опустилась на колени рядом со мной. В отличие от Джанко Ян, которая была Божественным Врачом, Мидори Арадо обладала магией Знахаря-Друида и пользовалась зельями и силой природы, а не внутренним божественным духом.

— У меня нет при себе зелий, — сказала она мне, — и я не нашла ничего подобного в кабине пилотов. Кажется, в этой сидховой пустыне нет ничего, что могло бы помочь Друиду, но...

Не договорив, она повернула голову и посмотрела на Горо.

— Я видела с другой стороны верхолёта полуобгоревшие силоновые кусты... и ещё... полынь, кажется. Сорви пучок того и другого, принеси сюда.

— Думаешь, твоя травка ему поможет? — поморщился Горо. — Да ничего ему уже не поможет, он сдохнет скоро. Чего силы тратить? Уходить надо. Сейчас на шум привалят ниуды.

— Я принесу всё, что надо! — тут же вскочила Джанко, но Мидори ухватила её за руку и усадила обратно.

— Нет! Ты нужна здесь! Горо сам всё сделает!

— Ну конечно. Горо же заняться нечем, как лечить трупы, — процедил тот.

— Трупа ты не дождёшься, говнюк, — сказали за его спиной.

В дыму, рядом с Горо, неожиданно появился Мичи. В руках он держал не только переломанный кустарник, выдернутый из земли с обрывками корней, но ещё приличный пучок суховатой полыни и горсть колючей мелкой травы с сиреневыми цветами.

— Мой голос разума сказал, что... — начал он.

— Ох, Мичи, ты самый лучший! И твой голос разума самый разумный! — воскликнула Мидори, сгребая у него всю траву и обломки корявого куста.

Девушка быстро разложила растения перед собой и зашептала себе под нос:

— Вспомни, что говорила Лидия... итак... полынь, тамариск... ещё силоновое дерево... лучше, конечно, тысячелистник, но и это подойдёт... можно использовать вытяжку из коры и листьев.

Её дрожащая ладонь замерла над пучком полусухой травы.

— Сначала полынь... да...

Не в силах больше держаться, я прикрыл глаза, а потом почувствовал, что соскальзываю вбок.

— Держись, не теряй сознание... — Меня мягко придержали руки Джанко. — Кирилл, только не теряй сознание.