Откуда здесь берется образ-мысль? Конечно, он результат автоматизации прошлой словесной или же бессловесной дискурсивной мысли. Мастеру приходит в голову, у него всплывает тот или иной выгодный вариант; но это или означает, что он в детстве, учась играть в шахматы, продумывал в числе других и такой вариант, долго изучал, применял неоднократно, пока выгодный вариант не перестал выступать в сознании шахматиста как совокупность ходов и не превратился в единый образ; или же что месяц, год, пять лет назад он, разбирая чью-то чужую партию, проанализировал и запомнил аналогичную позицию; или, наконец, что он просто перенес в данную партию вариант, сыгранный в другой партии.

Итак, в шахматах видение, то есть использование образа-мысли, и мысль, расчет все время чередуются. Шахматный расчет в принципе ничем не отличается от обычного речевого мышления, Только он несколько более свернут. «Если, например, я своим ходом угрожаю одновременно королю и другой фигуре противника, то ответный ход, который я рассматриваю за противника, будет тот, который отражает угрозу королю, а не другой фигуре, хотя бы ценнейшей, — ферзю. Ясно, что это свергнутое умозаключение, выполняемое мгновенно и без необходимости проверки правильности его» (Б. М. Блюменфельд).

Шахматное мышление — пример так называемого наглядно-действенного мышления. Другой его пример — мышление полководца.

Особенности умственной работы полководца таковы, что он не может заранее планировать в деталях все свои действия. Полководец вынужден быстро разбираться в сложной ситуации и мгновенно находить правильное решение. Такое решение иногда относят за счет интуиции или вдохновения. Например, немецкий теоретик военного дела генерал Клаузевиц прямо заявил, что на войне мышление отступает на второй план, а преобладает интуиция, которая есть не что иное, как искусство.

Но это не совсем так, и лучше всего выразил истинное положение вещей Наполеон, когда сказал: «Вдохновение? Это быстро сделанный расчет». Вся полководческая карьера Наполеона подтверждает его слова. У него есть работа «Замечания о военных действиях кампаний 1796 и 1797 годов в Италии», чрезвычайно напоминающая сборник анализов шахматных партий. Советский психолог Б. М. Теплов пишет о ней: «В этой работе очень последовательно показывается, что полководцы противника допускали целый ряд крупнейших ошибок и что разбиты они были именно поэтому, а не вследствие какой-то таинственной гениальности Наполеона. Наполеон же победил потому, что лучше рассчитал, лучше соображал, и эти расчеты и соображения очень просто объяснить всякому здравомыслящему человеку, что и делается на страницах „Замечаний“. Возражая в отдельных случаях против нападок на неправильность его собственных действий, Наполеон в других случаях совершенно открыто признает свои ошибки и показывает, что лучше было бы поступить иначе. Делает он это, конечно, не из скромности, абсолютно ему не свойственной, а потому, что правильность решения есть для него дело рационального расчета и знаний, т. е. вещь безусловно доказуемая. Можно ошибиться в спешке военных действий, но глупо настаивать на ошибке потом, когда всякий разумный человек может проверить расчеты и доказать истину».

Конечно, Наполеон несколько упростил дело. Он свел к дискурсивному рассуждению то, что на поле боя не было рассуждением, а своего рода сплавом речевого и образного мышления. Но сама возможность такого сведения очень характерна: она показывает, что ум полководца в конечном счете восходит к обычному речевому мышлению и его действия могут быть совершенно точно выражены при помощи языка.

Интуиция — это не неожиданное просветление: сел и вдруг решил: «Заутра двину рать туда, а не сюда». Тот же Наполеон говорил: «Если кажется, что я всегда ко всему подготовлен, то это объясняется тем, что, раньше чем что-либо предпринять, я долго размышлял уже прежде… Я работаю всегда, работаю во время обеда, работаю, когда я в театре; я просыпаюсь ночью, чтобы работать». И совершенно не случайно великие полководцы были, как правило, культурными и образованными людьми. Александр Македонский — ученик философа Аристотеля, Юлий Цезарь — крупнейший историк, писатель, оратор, даже лингвист. Наполеон с детства проявлял выдающиеся способности к математике, географии, истории, философии. Он читал «запоем с неслыханной жадностью, испещряя заметками и конспектами свои тетради», — пишет о нем советский историк Е. В. Тарле; будучи в Париже, Наполеон при всякой возможности учился.

Леонтьев А. А. Мир человека и мир языка. — М., 1984. — С. 56–59.

Примечание. Даты проведения занятий поставлены условно. Изменение скорости чтения для наглядности фиксируется на графике (см. рис. 1).

Рекомендуемые формулы предназначены для использования методики аутогенной тренировки при освоении техники быстрого чтения. За основу при их выборе взяты рекомендации, изложенные в книге X. Линдемана «Аутогенная тренировка» (М., 1985).

Аутогенная тренировка (АТ) — это методика воздействия человека на самого себя посредством формул самовнушения в состоянии полного расслабления (релаксации) с целью влияния на свое настроение, чувства, намерения, волю. В нашем случае задача АТ — внушение определенных правил и программ, изучаемых в курсе техники быстрого чтения.

Ключевым моментом АТ является умение достигать состояния аутогенного погружения — своего рода полудремы, в котором образные, эмоционально окрашенные представления оказывают влияние на ту часть нервной системы человека, которая не управляется сознательной волей. Иначе говоря, именно в этой ситуации создаются условия для управления бессознательной психической деятельностью. Приводим полную схему занятий АТ, состоящую из последовательности формул для достижения состояния аутогенного погружения: