– Да, черный оливковый хлеб и… ну да, – кивнула она. – На этот раз я хочу еще взять две коробки пирожных макаронс. Большие.

Патриция начала суетиться за прилавком, собирая заказ, и перекинула пышные локоны с одного плеча на другое. Миссис Марч достала из кармана кошелек, все еще мечтательно улыбаясь после комплимента Патриции, и стала поглаживать кончиками пальцев небольшие бугорки на его поверхности, обтянутой страусиной кожей.

– Я сейчас читаю книгу вашего мужа, – сообщила Патриция, временно скрывшись из виду, потому что согнулась за прилавком. – Я купила ее два дня назад и уже почти закончила. Не оторваться! Великолепная книга! На самом деле великолепная.

Миссис Марч придвинулась поближе, прижалась к стеклянной витрине, где были выставлены разные маффины и чизкейки, чтобы лучше слышать – в кондитерской стоял гул.

– О, – произнесла она, потому что не была готова к этому разговору. – Очень рада это слышать. Я уверена, Джорджу будет приятно это узнать.

– Я только вчера вечером говорила сестре, что знакома с женой писателя. Как она, должно быть, гордится.

– О да, конечно, хотя он до этого написал уже много книг…

– Но ведь он впервые написал свою героиню с вас?

Миссис Марч, которая все еще теребила в руках кошелек, внезапно замерла на месте. Ее охватило оцепенение. Лицо застыло, а внутри нее, как ей показалось, все, наоборот, превратилось в жидкость, и она испугалась, что из нее сейчас вытекут внутренности. Патриция ничего этого не заметила, поставила заказ на прилавок и пробила чек.

– Я… – выдавила из себя миссис Марч, ощущая боль в груди, словно там образовалась рана. – Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду… главную героиню, – улыбнулась Патриция.

Миссис Марч моргнула, и у нее отвисла челюсть. Она была не в состоянии ответить, мысли будто прилипли к черепу, несмотря на то, что она тянула их, словно они завязли в смоле.

Патриция нахмурилась – ее смутило молчание миссис Марч.

– Я, конечно, могу ошибаться, но… Вы с ней так похожи, что я подумала… Ну, я представляю вас, когда читаю книгу. Я, право, не знаю…

– Но… главная героиня… Разве она не… – Миссис Марч склонилась к хозяйке кондитерской и почти шепотом произнесла: – Она же проститутка.

Патриция в ответ громко и добродушно рассмеялась.

– Проститутка, с которой никто не хочет спать? – добавила миссис Марч.

– Да, конечно, но в этом и заключается часть ее очарования. – Улыбка застыла на лице Патриции при виде выражения лица миссис Марч. – Но в любом случае дело-то не в этом, а в гораздо большем, – продолжала она. – В том, как она говорит, ее манерах, даже в том, как она одевается.

Миссис Марч опустила глаза вниз, на свою длинную шубу, на лодыжки в колготках и начищенные лоферы с кисточками, затем снова подняла их на Патрицию.

– Но она же ужасная женщина, – сказала миссис Марч. – Она уродливая, глупая, она такая, какой я никогда не хотела бы быть.

Эти слова прозвучали несколько более эмоционально, чем она намеревалась их произнести, и на тестообразном лице Патриции появилось удивление.

– О, ну тогда… я просто подумала… – Она нахмурилась, покачала головой, а миссис Марч испытала к ней чувство презрения за ее идиотское выражение лица, за то, что она недоумевает и озадачена. – Я уверена, что ошиблась. Не слушайте меня, в любом случае я почти никогда ничего не читаю. Откуда мне знать? – Она радостно улыбнулась, словно этими словами решила вопрос. – Что-то еще, дорогая?

Миссис Марч сглотнула, к горлу у нее подступила тошнота. Она посмотрела вниз, на прилавок, где лежали коричневые бумажные пакеты с ее оливковым хлебом, маффинами на завтрак и макаронс, которые она заказала для запланированного на завтрашний вечер мероприятия – со вкусом организованной вечеринки для близких друзей (или, по крайней мере, самых важных людей из их окружения), чтобы отпраздновать выход последней книги Джорджа. Она бочком отошла от прилавка, глядя на перчатки, которые сжимала в своих уродливых руках, и с удивлением поняла, что снова их сняла.

– Я… знаете, думаю, что я кое-что забыла, – произнесла миссис Марч, делая шаг назад.

Те громкие звуки на заднем фоне, которые раньше казались безопасными, теперь превратились в заговорщический шепот. Миссис Марч повернулась, чтобы определить виновников. Улыбающаяся женщина за одним из столов встретилась с ней взглядом.

– Простите. Я должна проверить…

Миссис Марч оставила пакеты на прилавке и стала пробираться к выходу сквозь петляющую очередь. Она проходила между людьми, а их тихие голоса звенели у нее в ушах, их дыхание, от которого пахло маслом, казалось горячим на ее коже, их тела почти прижимались к ее собственному. Она предприняла отчаянную попытку толкнуть дверь и выйти на тротуар. Там обжигающе холодный воздух ворвался ей в легкие, и у нее перехватило дыхание. Она схватилась за ближайшее дерево. Когда звоночек над дверью в кондитерскую снова звякнул у нее за спиной, миссис Марч поспешила на другую сторону улицы, не желая поворачиваться на тот случай, если у нее за спиной окажется Патриция. Она не хотела поворачиваться и в том случае, если это будет не она.