– Ну, насколько я понимаю, меня ждут проблемы, – заметила миссис Марч, надеясь произнести эту фразу с юмором. Ясновидящая молчала. Тогда миссис Марч склонилась вперед и спросила шепотом: – Что это значит?

– Видите: карта перевернута, – сказала ясновидящая. – Перевернутый дьявол появляется, когда вы уходите в самые дальние, самые темные уголки вашей души или когда вы скрываете от других свою самую темную, глубоко запрятанную сторону. Вы не хотите доверять свою душу другим, потому что происходящее в ней вызывает у вас смущение, вам стыдно. Она деформировалась в темноте внутри вас. – Миссис Марч представила свою душу в виде волосатого уродливого существа, посаженного на цепь в темном погребе, и пожалела себя. – А теперь вы думаете, что слишком поздно показывать кому-то вас настоящую.

За этими словами последовала тишина – такая гулкая, что возникало ощущение, будто она эхом отдавалась от жутких красных стен.

– Но это глупость, – сказала миссис Марч.

– Я расскажу вам, как с этим справиться, – невозмутимо продолжала ясновидящая. – Обычно я не использую две карты. Это очень необычно для меня. Я использую одну, только одну. Но вам нужны все советы, которые вы только можете получить. Особый момент, да? Вы понимаете? Я вам помогу.

Она снова откашлялась и снова закрыла глаза, а после театрального пения с закрытым ртом попросила миссис Марч выбрать еще одну карту. Предсказательница будущего перевернула ее, на этот раз выпала «Верховная жрица». Темноволосая женщина с суровым видом, в короне с рогами сидела, положив руки на колени, на груди у нее висел большой крест. За спиной находилась шпалера с вышитыми густыми пальмами и гранатовыми деревьями.

– Верховная жрица – хранительница подсознательного, – пояснила предсказательница. – Она очень рьяно охраняет все то, чего вы не говорите, все то, что вы храните здесь и здесь, – она одновременно похлопала себя по груди и виску. – Она появляется, когда вам нужно оценить это знание, скрытое глубоко в вашем подсознании.

Миссис Марч посмотрела на две карты – перевернутую и неперевернутую – на столе. Это были карикатурные рисунки, напоминающие детские.

– Вы собираетесь переворачивать третью карту? – спросила она.

– Она объясняет вам, как решить проблему, – ответила ясновидящая, постукивая по лицу Верховной жрицы одним деформированным пальцем. – В третьей карте нет необходимости. Разве вы не понимаете? – Когда миссис Марч не ответила, ясновидящая вздохнула и добавила: – Вы в опасности. Опасность усиливается. Понимаете?

Миссис Марч, которая на самом деле начинала понимать, склонилась вперед, сжимая пальцами кожу на шее.

– Если не будете осторожны… – снова заговорила ясновидящая. – Эта опасность может оказаться для вас ужасной. Вы понимаете, что я имею в виду?

– Да, о да, – ответила миссис Марч, забыв все то, о чем ее предупреждала мать. – Что я могу сделать?

– Вам нужно себя защитить. Отделиться от приносящего вам зло.

– Вы имеете в виду, что я все-таки от него пострадаю?

Предсказательница будущего посмотрела на нее темно-карими глазами.

– Вы уже страдаете. Но… может, еще не слишком поздно. Не позволяйте этому злу принести вам больше страданий. Больше страданий… опасно. Перебор. – Ее рука на мгновение повисла в воздухе параллельно столу, потом она взмахнула ею, словно показывая грань, за которую заходить нельзя. – Понимаете? Не позволяйте принести вам зло.

– Не позволю, – ответила миссис Марч. – Не позволю.

– Если почувствуете опасность, обратитесь за помощью.

– За помощью?

Миссис Марч посмотрела на свои уродливые потрескавшиеся руки и уродливые потрескавшиеся ногти и подумала, почему никакое количество французского увлажняющего крема ей никогда не помогает. Даже изуродованные пальцы ясновидящей казались красивее ее собственных.

– Если вы почувствуете, что опасность переходит черту, сразу же обращайтесь за помощью, – предупредила ясновидящая более громким голосом, потому что заметила, что клиентка уже не так внимательно ее слушает.

Миссис Марч ожидала, что уйдет от ясновидящей в приподнятом настроении, и она на самом деле испытывала облегчение – облегчение от непоколебимой уверенности в виновности мужа, от уверенности в своей правоте, в том, что она правильно его подозревала, а что важнее всего, она убедилась, что не сошла с ума. Закрыв за собой стеклянную дверь, она поразилась внезапно появившемуся солнцу и почувствовала, что таким образом ей было даровано разрешение в некотором роде и дальше испытывать ярость и недоверие по отношению к нему. Она не стала даже думать о том, что предсказательница будущего с тем же успехом могла говорить про опухоль, ведь слова-то звучали туманно. Оказавшись в квартире, она даже не стала ставить их под сомнение. Она тихонечко забрала мясницкий нож из одного из ящиков в кухне и спрятала у себя под подушкой.

Слежка за Джорджем оказалась изматывающим делом. Миссис Марч пыталась заниматься этим несколько дней, а потом сказала себе, что больше не будет ходить за ним по улицам в разные стороны по Манхэттену – осторожно выслеживать его, пока он заходит в книжные магазины и подписывает там книги читателям, прятаться за стойками и вешалками в универмагах, где он покупал новый кардиган, прижиматься к кирпичному зданию, немея от холода на протяжении нескольких часов и ожидая, пока Джордж закончит обед со своим банкиром – а они совсем не торопились.