— Не больше чем я. — Поддержала ее Киана. — Я бы наплевала на этих роботов и вернулась домой. У меня огород зарастает, клиенты телефон оборвали, самый денежный сезон проходит мимо.

— А у меня ремонт дома. — Вспомнил я. — Так что я лучше тут потусуюсь. Шутка. Я уверен, что проблему решат без нас.

За дверью послышался шум шагов. Мы замерли. Дверь открылась, и вошел Жак. На нём вместо одежды висели лохмотья, а кожа на лице, шее и груди была разорвана и испачкана в бурой жидкости. Он словно наступил на мину.

— Гордей и Трой идите за мной. — Приказал он.

— А мы? — Киана испугалась, что с нами случится что-нибудь плохое.

— Вы не нужны.

Мы переглянулись с Троем. Очевидно, что планы пришельцев в очередной раз поменялись, а ситуации, судя по виду Жака, оказались хуже, чем ожидалась. Трой обнял и поцеловал супругу. Я пожал руку Михаилу, затем встретился взглядом с Амели. Она ждала, что я тоже попрощаюсь с ней. Я обнял ее, даже потискал. На ощупь она была не менее приятной, чем на внешность.

— Берегите себя. — Прошептала она смущенно.

— Непременно. Включайте телевизор и ждите новостей из мира высоких технологий. — Посоветовал им.

Мы вышли из квартиры, миновали раскаленный коридор и оказались в доме в скандинавском стиле, с белыми стенами, без штор, с минимумом всего. Из окон открывался вид на покрытую зеленой травой каменистую равнину. Ветер нещадно трепал редкую траву. Вдали виднелись снежные вершины и темные пятна лесных сопок. В доме нас ждала только Люси. Она выглядела опрятно, в отличие от Жака.

— Поменялись планы? — Спросил я у роботов.

— Вам надо выступить перед людьми, успокоить их, что начатое противостояние им ничем не угрожает. Что наши изобретения гарантируют стране нейтрализацию любых агрессий.

— А что, противостояние становится явным?

— Да. Сегодня придется рассказать партнерам о порталах, чтобы подготовить к демонстрации появления магмы в здании правительств Англии, США и Канады.

— Но Канада наполовину французская? — Заметил я.

— Им это не мешает проводить агрессивную политику. Эти страны являются мировыми лидерами и их нейтрализация окажется прекрасной демонстрацией беспомощности против маленькой страны. — Жак провел нас в комнату с оборудованием для записи. — Первый Гордей. — Приказал он мне.

— Вам не пора поменять шмотки? — Спросил я у него. — Да и кожа твоя выглядит неухоженной.

— Замена двойника готовится. — Ответил он сухо.

Я вошел внутрь «коробки», через секунду оказавшись во власти «мыслеволн» полностью дезориентировавших меня. Ускользающие мысли, будто мои, но на самом деле секунду назад я понятия не имел о них, хаотично роились в голове. Странное чувство, словно я сошел с ума, разделился на две личности и взираю с не пониманием на мысли отпочковавшегося двойника. Свет ударил по глазам, и через мгновение пространство приобрело резкие и узнаваемые черты.

— Выходи. — Приказал Жак. — Трой заходи.

Мы поменялись с другом местами. Израненный робот задал мне несколько вопросов, на которые у меня был готов раскрытый и красноречивый ответ. Очень удобно, если бы я стал президентом. Народ любил бы меня, за то, что я не читаю по бумажке.

— Когда отправляться?

— Три минуты до готовности.

— А как я вернусь обратно? — Поинтересовался я.

Мы не обговаривали этот вопрос конкретно, только упомянули, что машинами больше не пользуемся.

— Мы тебя заберем сами. — Ответил Жак.

— Ладно. — Я не был психологом, понимающим роботов, но тут мне показалось, что он соврал и это меня немного напрягло. Я почувствовал себя разменной фигурой на шахматной доске.

— Иди прямо, в направлении окна. — Приказал Жак. — Окажешься в уборной. Выходи из нее, сразу налево и вдоль коридора до сцены. Там тебе скажут, что делать.

— Ясно. Счастливо оставаться. — Я направился к окну и внезапно очутился в кабинке, чуть не свалившись через унитаз.

Вышел из туалета, повернул налево и пошел по коридору. Народу в здании было много, в основном журналистские группы, использующие каждый метр свободного пространства для репортажей. Меня узнали, вернее, моего вымышленного Фарката Басама.

— Мьсе Басам, мсье Басам! — Окликнула меня со спины репортерша. — Пару слов для наших зрителей.

— У меня мало времени. — Бросил я через плечо.

— До выступления еще четверть часа. Уделите минуточку. Ответьте на вопрос, что стоит ждать Франции в связи с явной демонстрацией смены политического курса?