Шрифт:
Я решила, что на сегодня достаточно, и отправилась домой. Приняв душ и поужинав, я включила телевизор. Местное телевидение передавало последние известия, которые не могли не привлечь мое внимание. В разделе криминальных сообщений говорилось, что за последние два дня был отмечен ряд разборок между криминальными группировками в районе Молочной поляны. Самая крупная произошла сегодня в 15.00 и была пресечена силами РУОПа. Группа захвата, проявив мастерство и выучку, задержала пятнадцать человек.
Тут же диктор сообщил, что продолжается следствие по факту взрыва в магазине «Владислава». Компетентные органы по-прежнему разрабатывают версию о террористическом акте. Усилена охрана вокзалов и аэропорта, усилены посты в местах большого скопления людей и в вечернее время. По сообщению пресс-службы УВД, в ходе проведения сотрудниками милиции оперативных мероприятий за последние два дня задержано двадцать три человека, в основном лиц кавказской национальности, за нарушение паспортного режима. У них изъято пять единиц холодного оружия, два газовых пистолета, патроны к пистолету «макаров» и семь граммов марихуаны.
Лежа в постели, я подумала: «Ну и идиоты!» Самое время позвонить Палычу, коль к делу подключился РУОП. Но, поскольку было уже довольно поздно, я решила заняться этим завтра.
Глава 9. ПАЛЫЧ
Майор РУОПа Виктор Павлович Левашов был одним из моих старых знакомых. Два года назад он вытащил меня из тесных объятий одного криминального авторитета, а я помогла тогда еще капитану Левашову засадить этого типа на долгий срок в тюрьму. Левашов был мужчина невысокого роста, коренастый, с широченными плечами и мощной грудной клеткой. Кончики его черных волос на самых концах были посеребрены сединой.
Виктор Павлович, или Палыч, как я его звала, на тех, кто его плохо знал, производил впечатление этакого спокойного добряка. Он и на самом деле не был злым и практически никогда не повышал голоса. Однако горящие глаза выдавали в нем натуру неординарную, способную на жесткие действия. Вот и сейчас, сидя в его кабинете, я сполна ощутила все его показное радушие. «Майский» чай был крепко заварен и разлит в граненые стаканы с подстаканниками. Банка из-под кофе служила Палычу вместо сахарницы. Палыч терпеть не мог курящих, поэтому курить в его кабинете разрешалось только в самых исключительных случаях.
– Палыч… – игриво обратилась я к нему.
При этом глаза его потеплели, он подался вперед и оперся на свои здоровенные ручищи.
– Палыч, а не поделишься ли ты со мной информацией?
Палыч медленно откинулся назад и посмотрел на меня уже несколько скучающе.
– Ну что ты, – заметив некоторый холодок с его стороны, сказала я. – Я ничего особенного и спросить-то не хочу.
– А я-то думал, ты за любовь пришла поговорить, наконец поняла, что я – мужчина твоей мечты.
– Палыч, я давно это поняла. Но нужна мне информация.
– Какая еще информация? – с занудством в голосе спросил майор.
– Как какая? Та, что всех интересует. Две банды убивают друг друга, город поделить никак не могут. РУОП-то ваш не бездействует. Вот вчера, говорят, человек двадцать на Молочной поляне отловили.
– Пятнадцать, – поправил меня Палыч. – Так было сказано в прессе.
– А что – разве не так?
– Так, – ответил Палыч.
– Палыч, скажу тебе честно, смущает меня эта война.
– Чем же? – удивленно вскинул брови Палыч.
– Прежде всего тем, что причины особой устраивать подобный трам-тарарам нет.
– С чего это ты взяла? И что ты имеешь в виду под трам-тарарамом?
– Сначала магазины обстреливают, затем универмаги взрывают…
– Ну, допустим, – ответил после некоторого молчания Палыч. – Тебе-то что за дело?
– Ты, наверное, слышал, что я случайно оказалась рядом с ювелирным магазином и наблюдала картину воочию.
– С каких это пор ты стала интересоваться цацками? – ехидно спросил Палыч, не отвечая на мой вопрос.
– Я вообще-то не цацки, а запчасти для машины покупала в магазине напротив. Вот и увидела, как эти молодцы стали палить.
– И на кого ты работаешь? – перешел к делу Палыч.
– Ни на кого.
– Ну-ну, рассказывай кому-нибудь…
– Я бы поклялась тебе, но Библии что-то у тебя не вижу. Просто, Палыч, когда все это видишь своими глазами, невольно…
– Ладно, ладно, надоело, – Палыч оторвал взгляд от окна.
– Давай меняться информацией.
– Не глядя, что ли?