Левая сторона от колонны была затенена, там расположилась Эмили, которая была уже немного выше старшей сестры. Она слушала брата спокойно, но её пытливый взор, устремлённый в противоположный тёмный угол комнаты, видел там персонажей, о которой вещал Брануэлл. Рядом с ней – Энн, с трогательным личиком и застывшим удивлением на лице, которая не сводила глаз с брата, опасаясь, что-либо пропустить из его захватывающей истории. Младшие сёстры одеты в скромные платьица, которые как бы вне изменчивой моды и, которые обычно носят девочки подростки. Широкие прямоугольные воротники закрывают плечи. Волосы у них подстрижены, и волнистые локоны прикрывают лишь шею. В центре картины между сёстрами Брануэлл намеревался запечатлеть отца, но у того мало времени на позирования, поэтому неудачный потрет главы семейства пришлось закрасить.

Позирование не было для сестёр скучным и мучительным стоянием без цели. Слушая выдумки Брануэлла, они не замечали, как пролетало время. А он, развлекая сестёр, старательно переносил на полотно выражение их лиц, игру света и тени в складках их платьев и скатерти на маленьком круглом столике, что стоял между ними.

Посетители пастората отмечали сходство портрета с оригиналом. Но всё же отсутствие систематических занятий под руководством опытного педагога сказалось на исполнении.

Сёстрам не давало покоя желание их обожаемого брата учиться живописи в Лондоне. Ах, Лондон, Лондон! Само это слово для молодых Бронте обладало магической силой, оно завораживало их, манило блеском знаменитостей и казалось, стоит туда приехать, и ты станешь известен и велик, потому что твой талант буден оценён по достоинству и прославит твоё имя. Так думали неискушённые Бронте.

* * *

Девушки пытались придумать разные способы помощи брату, но, увы. Им оставалось только пожертвовать своими желаниями в угоду реализации мечты любимого ими Брануэлла. Шарлотта твёрдо решила идти в гувернантки, хотя вряд ли с большим желанием. Ей так хотелось независимости, так хотелось следовать велениям своей души – увидеть прекрасные пейзажи родного королевства; побывать на родине отца в Ирландии; посетить материк, прекрасную Европу; познакомиться с разными людьми; узнать их характеры и наклонности, и ещё много чего хотелось исполнить девятнадцатилетней девушке. Но она с горечью понимала, что обстоятельства сильнее и ход событий вынуждает принимать решения, которые совсем не по сердцу. «Ах, как жалко, что папа не имеет достаточных средств, чтобы отправить Брануэлла в Королевскую Академию», – частенько думалось Шарлотте.

В начале июля ей уже было грустно от того, что в конце месяца она будет вынуждена покинуть родной дом и милых её сердцу его обитателей. Из трёх пришедших на её имя предложений Шарлотта выбрала место гувернантки в школе мисс Вулер. Вместе с Шарлоттой уехала Эмили, чтобы продолжить обучение.

Путём невероятных усилий, экономя на себе и дочерях, Патрику Бронте всё же удалось наскрести денег для отправки сына на учёбу. Счастливый Брануэлл отправился в Лондон. Сумма небольшая, но на первое время должно было хватить. Отец не сопровождал сына, чтобы не оскорбить его самолюбия, да и в таком возрасте пора быть самостоятельным. Перед отъездом Брануэлл, конечно же, наведался в «Чёрный Бык» и оповестил друзей о радостном событии. Поздравления и добрые пожелания не обошлись без спиртного. В дорогу Брануэлл отправился навеселе.

За окном медленно проплывали холмы и низины, рощицы и селения. Брануэлл представлял, как он успешно поступит в Академию, как там все восхитятся его способностями, эрудицией и умом, как будет он потом возвращаться домой на каникулы, нет уже с дипломом, и расскажет о своих выставках, от которых в восторге лондонская публика.

«Какой станет восхитительной жизнь! Я заработаю сёстрам на приданное, их узнают в свете, ведь они такие умницы. А, как будет гордиться отец, я его прославлю не только на весь Хауорт, но вся Англия и Ирландия узнают Патрика Брануэлла Бронте! Как будет довольна тётя! Да, всё это скоро сбудется». Брануэл улыбался, купаясь в своих мечтах, забывая, что для их осуществления надо много потрудиться и вытерпеть. А хватит ли у него сил?

Юноша проголодался, дорога его утомила, и он решил остановиться в гостинице на ночь и подкрепиться.

– Вина и яичницу с беконом! – заказал Брануэлл.

– Сударь, никак Вы нашли клад, лицо Ваше так и сияет, – сказал улыбающийся официант, ставя тарелку и бутылку.

– В какой-то мере это так. Я еду поступать в Королевскую Академию.

– О, вы человек учёный.

– М-да, спроси о чём угодно.

И Брануэлл стал бахвалиться и веселить публику. Он был вдали от дома, чувствовал себя свободно и заказывал вина ещё и ещё. Пробалагурил до поздней ночи, развлекая постояльцев, пока, наконец, добрался до своего номера. Проснулся он за полдень, и, оказалось, опоздал, другой экипаж отправлялся в Лондон утром следующего дня.

– Ладно, поеду завтра, больше ждал, – немного погрустив, сказал сам себе Брануэлл.

Он немного побродил и вернулся в гостиницу. Словоохотливый молодой человек снова привлёк внимание посетителей, завязались приятельские отношения, где не обошлось без пива и вина.

Брануэлл очухался перед самым отправлением экипажа. Но, когда он стал оплачивать проезд, оказалось, что у него почти не осталось денег… Их едва хватало на обратную дорогу. Брануэлл буквально остолбенел. Мечта всей его жизни не осуществима! «Как теперь жить? Что делать? Что я скажу отцу? Что подумают друзья? А сёстры и тётя?» Он стоял как вкопанный, а вокруг люди занимались своими делами, изредка бросая взгляды на странного молодого человека.

Он думал: «Как я мог так быстро потратить почти все деньги?! А может быть, меня обокрали, когда я спал? Скорей всего именно так…»

Обратная дорога ему показалась бесконечно унылой и, если попадались улыбающиеся лица, это его выводило из себя. Как может кто-то быть доволен, когда у него такая беда.

Дома его не ждали и долго горевали, когда узнали, что произошло. Ни отец, ни тётя не опровергали его версию и не упрекали, понимая, что он сам наказан ещё больше их. Один шанс он уже потерял, даст ли ему жизнь другой?