Шрифт:
Против самого Пети я ничего не имела. Он иногда звонил, интересовался моими делами. И Аня в эти дни по несколько раз допытывала, что он сказал, или что спросил. И в конце концов, я стала включать громкую связь, чтобы она могла всё сама слышать, если, конечно, была дома. Но каким-то внутренним чутьём она всегда угадывала, когда он позвонит. А если в конце разговора Пётр просил «передать ей привет», то Аня потом долго светилась от счастья.
На рождение дочки Петя с коллегами подарили нам коляску, до самого верха набитую игрушкам и детскими вещами. Доставщика не было видно из-за такого огромного подарка!
Я ещё удивлялась, почему Аня была категорически против того, чтобы купить коляску заранее. Видимо, Петя позвонил ей и предупредил. Но сознаваться она ни за что не хотела.
Мама сначала звонила, пытаясь «образумить» непутёвую дочь. И я стала просто отключаться, когда она заводила этот разговор. Поэтому мама быстро успокоилась, и тема аборта и трудностей матери-одиночки больше не поднималась. Я ей сообщила, что устроилась на работу пекарем в частную компанию, и меня всё устраивает. Да немного было непривычно, особенно зимой, когда ударили морозы. Я даже боялась выходить на улицу! Но как оказалось, всё не так и страшно, если не стоять на одном месте.
В целом, как и говорил Петя, жить можно везде. И хотя мама заикалась пару раз, чтобы я вернулась, возвращаться к родителям я не собиралась.
Немного сложнее было отклонять все попытки мужского пола познакомиться. Наша мини-пекарня была сразу с торговой точкой, и покупателей было всегда много, так как выпечка была всегда свежей и горячей. И когда Юлька, моя напарница, любительница поболтать по телефону, просила её подменить, то избежать контакта было невозможно. И я довольно часто получала приглашения на свидания, которые, естественно, игнорировала.
– Девушка, а вы до скольки работаете? – Излюбленный банальный вопрос.
– До пенсии.
– Оу?! Серьёзно?!
– Абсолютно. А возможно, даже и дольше. Детей кормить надо.
Что, собственно, было недалеко от истины.
При упоминании «детей» интерес резко пропадал. Даже смешно было. Юлька всё время меня за это корила.
– Василиса, ты так всех потенциальных женихов распугаешь!
– А зачем они мне такие пугливые?
– Ну да, ну да! Мы будем ждать Царевича! – фыркала Юля.
– Ага. Осталось только в лягушку превратиться. Не дождётесь.
И вот сейчас мы с Катюшкой были вдвоём. Всё своё время я посвящала дочке: разговаривала, играла, пела песенки. А если в голову приходили грустные мысли, то брала сборник сказок, который оказался в числе подарков, лежащих в коляске, и читала, постепенно отвлекаясь от ненужных мыслей.
Ещё с декрета я заметила, что Катя очень любит слушать. Она затихала, не капризничала, а слушала мой голос и потом засыпала. И к пяти годам Катя знала практически все сказки наизусть.
А вот сама читать никак не хотела. Буквы мы уже с ней выучили, а читать у неё не получалось. И как бы я не уставала, сколько бы времени не оставалось, Катя всегда просила почитать ей перед сном. И я читала, полностью погружаясь в волшебный мир сказки.
Глава 6.
Мы шли домой из детского сада. Катю я всегда забирала поздно, она практически всегда была самая последняя.
– Мам, а почему у меня нет папы? – вдруг спросила дочь.
Первый раз этот вопрос Катя задала в три года. Тогда просто отвлекла её, и Катя забыла. И вот сейчас он прозвучал снова. Я даже растерялась, никак не ожидая, что это будет её волновать.
Вот как объяснить пятилетнему ребёнку, чтобы она поняла? Тему смерти мы с ней не поднимали. Рано ещё. Хотя в сказках иногда писали, что кто-то умер, но Катя на этом не заостряла внимания.
– Катюш, я не знаю, как тебе объяснить, чтобы ты поняла, – честно призналась. – Давай ты немного подрастёшь.
– Я уже большая! Я сегодня даже Тимофея столкнула!
Тимофей Перечин – самый старший мальчик в их группе, он и ростом был выше всех, но приставал почему-то чаще к моей дочери. Я даже просила его не обижать Катю. И получила ответ: он её не обижал, а просто хотел поделиться конфетой, а она отказалась, вот за это он и дёрнул её за хвостик. Дети!
– Катя, большая – не значит сильная!
– Значит! Я и завтра его столкну! – выдала дочь.
Моя маленькая амазонка! Уже сама старается за себя постоять! Наверное, это лучше, чем так, как росла я, зная, что меня никто не обидит. А потом в один «прекрасный» день остаться один на один со своими чувствами и проблемами.