– …и правда паранойя, - бурчала я сама себе под нос, когда поднялась на этот самый последний этаж, вдыхая в себя аромат пыли и знаний, накопленных тысячелетиями, в сотнях и миллионах томов, что были собраны под одной крышей.

Десятки и сотни стеллажей стояли стройными рядами со множеством указателей, которые я принялась активно читать, чтобы понять, куда мне двигаться дальше в поисках того гранита знаний, который в ближайшие недели придется активно грызть, но вдруг почувствовала дрожь.

Она начиналась от коленей, оплетая мелкими кусающими мурашками все тело, до самой макушки, отчего в какой-то момент даже свело челюсти.

Странная и совершенно необъяснимая реакция тела, ведь я не чувствовала промозглости или холода большого пространства, как бывает обычно в помещениях, свыше несколько тысяч квадратных метров.

Но дело было вовсе не в холоде.

А в том, что я ощутила за своей спиной кого-то.

Того, чей аромат казался колючим и холодным, пробираясь прямо под кожу, и отбирая воздух, чтобы только я не могла закричать.

Потому что это был ОН!

Как я поняла это?

Все тело кричало об опасности, но в то же время не могло сдвинуться с места, вбирая в себя его близость, и этот странный колючий аромат, от которого начиналось легкое головокружение.

Моя паника была такая горячая и всепоглощающая, что я не смогла больше выдохнуть.

Каждой клеточкой своего сжавшегося тела я ощущала его присутствие.

То, как он возвышался надо мной.

Как размеренно и глубоко дышал, опустив голову вниз и глядя на мое лицо, когда я ощущала, как его дыхание щекочет мою кожу.

Как не касался меня, но поглощал собой, подобно черной дыре, где нет спасения.

Он не двигался.

Не нападал.

Не говорил.

Просто дышал и стоял рядом, но меня трясло так, словно пронзало тысяча молний от макушки к пяткам, затмевая разум, и поглощая все мои эмоции, оставляя лишь животный, первобытный страх.

Не знаю, как я смогла заставить себя повернуться и встать к нему лицом, даже если для этого мне пришлось собрать всю свою волю и смелость в кулак.

Так вот ты какой.

Хищный.

Острый.

Жестокий.

Действительно высокий настолько, что приходилось смотреть в его лицо, запрокидывая собственную голову.

С мощными широкими плечами и длинными ногами.

Облаченный в элегантную темную одежду, которая не скрывала красоты его тела, но делала вид еще более темным и устрашающим.

У мужчины было овальное лицо с длинным совершенно прямым носом, отчего он казался в буквальном смысле острым. Впалые скулы, поросшие щетиной, где проглядывали седые волосинки вперемешку с иссиня-черными.

Даже кончики его ушей были заостренными, словно в этом человеке каждая грань была острой, хищной и ранящей.

Его губы снова дрогнули в усмешке, когда я тяжело сглотнула, вдруг подумав о том, что не могу назвать его красивым или хотя бы привлекательным, но все таки было в этом мужчине что-то такое завораживающее и опьяняющее, что невозможно было отвести глаза.

Может быть, дело было в силе, которая струилась от него кусающими импульсами, отчего постоянно хотелось сделать постыдный, но спасительный шаг назад.

Или в его надменности и том снисхождении, с которым он позволял рассматривать себя.

А еще в глазах.

Синих-синих.

Его взгляд походил на удар молнией, когда тебя ослепляет и скручивает от неожиданности, пока ты тонешь в этой стихии, понимая, что не выживешь.

Совершенно дезориентированная и хрупкая, чтобы прийти в себя, я понимала, что после ошеломительно-обжигающего холода в его глазах вспыхнул огонь, испепеляющий до тла.

Да, именно этот огонь пугал меня в его взгляде.

Именно он заставлял меня чувствовать себя потерянной, даже если вокруг были сотни людей.

И обнаженной, даже если на мне была одежда.

Он и сейчас смотрел именно так.

До дрожи, до странного покалывания в кончиках пальцев, в попытках спрятаться от него как можно скорее и дальше. В то же время я была не в состоянии сделать даже шага, когда сипло выдохнула, едва слыша сама себя:

– …я закричу!

Его глаза опустились на мои губы, словно я сама только что призвала дьявола на свою погибель. Побледнев, я почувствовала, как от лица отхлынула вся кровь, а мужчина вдруг улыбнулся, показывая идеально белые ровные зубы, и очаровательную улыбку, которая не потеряла своей хищности и жестокости.