Но это не помешало мне сломать обе ноги, таз, позвоночник, руку и войти в землю по колено, при этом согнув колени в обратную сторону. Было бы хуже, если бы даже печати не было, а так…

А так я валяюсь на склоне холма, как инвалид, который только и может, что плеваться кровью и задыхаться из-за воткнувшихся в лёгкие рёбер. Зу-Зу повезло гораздо больше — так как его держал я, он просто укатился в сторону, после чего вскочил и… убежал срать.

А ну да, а Инал пусть здесь сдыхает переломанный, жопа пушистая…

Никому нельзя доверят…

— Тебе помочь, Юнксу? ­— склонилась надо мной Люнь.

— Я сам… — прохрипел я и закинулся двумя пилюлями. — Вот и полетали…

— Главное, что приземлились, — улыбнулась она. — И ты жив.

— Ага, более-менее…

Пришлось немного поправлять себе косточки, чтобы срослись ровно, что было неприятно, но всё было в пределах нормы. Можно сказать, что и не падал.

Но самый важный урок, который я уяснил из этого — как летать. Потому что, как по мне, это было самым главным, что значительно упростит мне работу.

Сегодня же вечером я вновь попробовал взлететь и пусть не с первой попытки, но у меня это получилось. Я не думал, что надо лететь, я не направлял тело, не делал что-то с внутренней энергией или проводил какие-то скрытые манипуляции, нет — я просто захотел. То есть как хочешь протянуть руку, ты не думаешь, что надо её протянуть или двигаешься её специально, а просто протягиваешь. Так же и здесь, я взял и полетел.

Смешно, но Люнь довольно точно описала, что нужно было сделать. Надо было взять и полететь.

Блин, я в шоке…

Забавно, что я просто как ни в чём не бывало, специально не задумываясь об этом, полетел. Как если бы встал и пошёл куда нужно, так взял и воспарил над землёй, после чего пролетел несколько метров и приземлился.

— И как далеко я смогу так улететь?

— Насколько сил хватит, — пожала плечами Люнь.

— То есть силы всё же тратятся.

— Естественно, а ты что думал?

— Да я… нет, ничего, — покачал я головой. — Ну хоть теперь дело пойдёт быстрее, и на том спасибо.

Хотя насчёт уставать — это было мягко сказано.

Во-первых, сил тратилось действительно много, и всё равно большую часть времени мне приходилось идти на своих двоих. Но здесь я подозреваю, как и с ногами — чем больше летаешь, тем больше тренируешься и выносливее становишься.

Но вот во-вторых, у меня же был Зу-Зу, а его тоже надо было везти на себе. Я даже соорудил из верёвок специальную приблуду, в которую сажал его, как ребёнка в сумку на груди и летел. Но летел с трудом, так как лишний вес есть лишний вес, пусть с каждый разом тащить его на себе становилось всё легче и легче.

Каким образом же я так поднялся тогда в небо и чуть не улетел нахрен в открытый космос, осталось для меня загадкой, покрытой мраком. Скорее всего, просто перестарался, а там уже бесконтрольно полетел куда получилось. Или я упал не потому, что озарение спустилось на голову, а банально силы кончились, как у бегуна, который дал тридцатку в спринте от медведя, а потом через сотню другую метров упал от усталости, которую даже не заметил.

Но что так, что сяк, путешествие значительно ускорилось. Теперь я делал как, взлетал на холм, после чего спускался уже на своих двоих. Иногда, если холмы стояли достаточно близко, перелетал с вершины на вершину.

Иногда это даже помогало мне преодолеть некоторые препятствия, типа расщелины, на дне которой протекала бурная река. Я просто взял и перелетел её, будто её и не было. А ведь в прошлом это вызвало бы у меня множество проблем: искать мост на ту сторону или место по уже, чтобы попытаться перемахнуть.

А тут взял и перелетел.

Да, жизнь стала однозначно веселее. С каждый днём я пролетал всё больше и больше, иногда специально летя до упора, пока уже сил не останется внутри. Благодаря этому мы продвигались значительно быстрее, минуя все труднопроходимые участки местности, а один раз и вовсе просто улетев от скорпионов, которых пусть я и мог победить, но не хотел тратить силы, так как уровень слишком мелкий у них для демонического ядра.

А потом пейзаж стал меняться.

Сколько мы были в пути, когда вдруг стали заметны первые признаки того, что Горы великанов подходят к концу? Месяц? Два? Не знаю, но что мне бросилось в глаза, так это что до этого высоких холмы, покрытые золотой травой, с каждым разом становились в высоту всё меньше и меньше. То есть ты стоял на вершине одного холма, и видел вершины следующего, так как тот был ниже.

— Мне кажется или…

— Мы подходим к границам Гор великанов? — продолжила за меня Люнь.