— Вообще не помнишь?

— В голове вертится, а вот не могу ухватиться… Я ведь старая, Юнксу, многое забываю или забыла, поэтому… не знаю, может ответ у нас под носом?

— Или его вообще нет. Какой идиот будет писать код от своей двери рядом с кодовой дверью?

— О чём ты?

— О том, что никто не будет писать ответ на загадку рядом с самой загадкой, — пояснил я иначе.

— Ну а вдруг? Иногда так делают, чтобы друзья могли разгадать загадку и пройти.

Не, за попытку не насилуют, поэтому я ещё раз всё осмотрел, пытаясь найти может какие-нибудь подозрительные рисунки или схемы. Сразу вспомнил, как я освобождал Люнь и в первый раз попал в её храм. Там я благодаря ей наткнулся на картинку, где была изображена схема самого небольшого храма, которая и давал ответ, что делать.

Поэтому здесь я искал нечто подобное и даже не поленился подняться повыше, подпрыгнув и мечом зацепившись за стену, воткнув его по самую рукоять, чтобы осмотреть пол. И… нет, красивая мозаика оставалась просто красивой мозаикой, которая вырисовывала непонятные каракули.

— Я знаю! — неожиданно вскрикнула радостно Люнь, едва не заставив меня свалиться вниз.

— Что? Ты догадалась?

— Ага! Я ведь умная! Гордись, что носишь под сердцем такую, как я! ­— упёрла она бока в руки, глядя на меня. — Бесконечность, какая же я молодец…

Такое ощущение, что она сейчас расплачется от счастья, какая же она умная.

— Ладно, а что надо сделать-то?

— Спустись вниз, и я всё объясню, — радостно кивнула она.

А объясняла Люнь из разряда сделай то, сделай это. Другими словами, вообще никак не объясняла толком. Поспросила развернуть свиток, после чего взять уголёк и написать:

— Откройся.

— Откройся? — переспросил я, посмотрев на неё как… блин, как на дурочку, хотя дурак здесь вполне возможно я.

— Да, а что? И что это за взгляд такой? Я тебе тут ответ диктую так-то!

— Ты уверена, что это сработает? — с сомнением спросил я.

— Конечно!

— Откуда такая уверенность?

— Я не могла вспомнить просто, давно это было. Это как… техника воплощения на подобии создания пространств, в котором заданы определённые правила и последовательности, — короче, запрограммированно. — Такой способ используют во многих хранилищах. Это позволяет открыть его любому, у кого есть подходящий свиток.

— А что не ключ?

— Ну замок можно взломать, а здесь…

— Разнести дверь, например? — предположил я.

— Вряд ли, — улыбнулась Люнь. — Будь так всё просто, эти двери давно бы сломали.

Если бы знали, то они здесь расположены.

Я не сильно парился по этому поводу, так как если испорчу свиток… ну не судьба, что сказать. У меня ещё были ядра в сумке, одно из которых я использовал во время полёта на корабле, так как помимо секса с Цурико там нечем было заниматься, и ещё хрен знает сколько осталось. Хватит, чтобы взять вторую, а может даже и третью стадию.

— О… Т… К…

— Я знаю, как пишется слово «откройся», — недовольно заметил я.

Не, серьёзно, я знаю, как он пишется, Чёрная Лисичка научила меня грамоте, за что ей спасибо.

— Ну мало ли… — пожала она плечами. — Я же только помочь хочу.

Я аккуратно вывел слово на свитке, после чего встал, держа его развёрнутый в руках.

— Так, а что дальше?

— А дальше надо подать на него Ци и произнести «откройся».

— А я его не уничтожу? — спросил я. — У меня Ци грязная.

— Ну это не артефакт, поэтому вряд ли. Вернее, артефакт, но не тот, который прямо-таки питается исключительно определённой Ци. Ты имеешь ввиду типа амулета левитации, амулета защиты и так далее, а здесь другое.

— Как скажешь… — пробормотал я и подал на свиток Ци после чего громко и чётко произнёс: — Откройся!

И…

Сработал, мать твою за ногу!

Нет, я в первое мгновение испугался, что нихрена не сработает, так как свиток не засветился, не подал какого-либо сигнала, что заработал, но лишь до поры, до времени. Прошла секунда или две, и когда я уже хотел осуждающе вздохнуть и посмотреть на Люнь, буквы, выведенные углём, неожиданно вспыхнули золотом.

На моих глазах они просто засветились, после чего слетели со свитка и буквы, что были выведены углём, а теперь светились золотом, зависли перед моим лицом. Провисели так секунды три или четыре, после чего медленно поплыли в сторону арки и наложили на обод арки сверху.

Казалось, что буквы оживили дверь, передали в неё силы, которые впитали из свитка. Выбитые на стене линии начали углубляться, подверчиваясь синим светом, рисунок стал проявлять, становиться чётче, пока передо мной не оказалась огромная двустворчатая дверь в арке.