А гроза всех рогатых приняла суровое вертикальное положение и уставилась на хвостатого. И вот глаз у неё не было, вообще ничего не было, но мрачный взгляд мы оба отчётливо ощутили.

– Да ничего я не делаю! – Воскликнул демон нервно.

И мне вдруг стала ясна причина его боязливого оглядывания неба там, у дома… Метлы моей испугался!

Задумчиво на свою молчаливую, к счастью, подругу посмотрела, призадумалась и решила, что да, у демонов были все причины её как минимум опасаться. Она ж отбитая, причём буквально – сколько раз одна только я на ней то в деревья врезалась, то в окно дома не попадала? И не пересчитать. А метла у нас семейная, мне от мамы досталась, маме от бабушки, бабушка у какого-то вампира отжала, а тот в свою очередь у другой ведьмы спёр… Так что да, отбитая метла. И, видимо, живущая по принципу: отбилась сама, отбей других.

Так что, когда метла шевельнулась, а демон голову в плечи втянул, я не удивилась, правда.

Нужно было срочно что-то делать.

– А вы с Сагаром тоже друзья? – Поинтересовалась осторожно и метле махнула, говоря, что всё в порядке и она может лететь.

Какие рогатые впечатлительные, вы посмотрите.

– Я Эдон, – представился демон, не скрывая облегчения от того, что метла прочь полетела. Встал нормально, меня ещё выше от земли приподнял, продолжая лапищей к туше своей прижимать, и уже бодренько так добавил: – Бхеал мой брат старший.

– А-а, – протянула понятливо, с опаской на землю взгляд кося.

Высоко падать было… надеюсь, рогатый не отпустит.

Не отпустил. Он, окончательно успокоившись, снова к костру пошёл, вокруг которого уже другие демоны расселись и все на нас смотрели.

– Ага, – глубокомысленно подтвердил рогатый и рухнул меня на белый мох у костра, сам рядом сел, копыта скрестив и сильно надо мной даже в таком положении возвышаясь.

И оказалось нас у костра восемь – неловко заёрзавшая, чаем облитая рыжая ведьма и шесть демонов, мрачно на меня взирающих. Седьмой не взирал, он представлять принялся.

– Зоссаи, – на первого слева от меня указал и дальше по кругу пошёл, – Арак, Лерд, Ааф, Логер и Шадх.

– Леся, – представилась скромно в свою очередь, уже сразу всех забыв.

– Да мы знаем, – сурово нос потёр… Ааф. Вот этого гада не забуду никогда.

Да и он на меня точно таким же взглядом смотрел.

Все помолчали. Напряжённо очень было, и явно зря я к их ужину, которого как такового и не было, присоединилась, и…

И тут один из рогатых вдруг спросил негромко:

– Сагару помочь сможешь?

Повернув голову, посмотрела на того, кто самым молодым и маленьким казался, и крылья тревожно складывал-расправлял, взгляда тяжелого с меня не сводя и ответа ожидая. Самого плохого.

И вслух сказать у меня сил не нашлось.

Коротко, едва заметно головой качнула и взгляд на пламя жаркое, хрустящее древесиной, опустила, да всё равно увидела, как все демоны разом сникли.

А потом как-то так вышло, что уже другой тихо рассказывать начал:

– Два месяца назад демон Ансиир, хозяин соседних с нашими земель, вызвал Сагара на дуэль чести. Сагар согласился, а как иначе, правитель же целого Донгрефа, не мог не согласиться.

Вскинув голову, удивлённо посмотрела на того, кто говорил.

Сагар и правитель? О жизни демонов я знала ничтожно мало, не было как-то необходимости узнавать. На всём Кахехаре лишь половина мира пригодна для жизни, вот демоны и живут, разбив земли на пятьдесят семь территорий, во главе каждой из которых свой правитель, и все они подчиняются одному своему Повелителю. Нет, я точно знала его имя… просто забыла. Вот напрочь забыла.

Да не так это сейчас и важно было.

– Да только не знал он о подлянке, Ансииром устроенной, – подхватил Эдон, ожесточённо пучок мха из земли выдрал и в пламя отправил.

И вдруг там, среди танцующих языков, показалось лицо женское. Красивое до невозможности, вот только ненастоящей та красота была. И глаза большие синие, как морское дно, и губы алые, как закат, и волосы серебристые, как лунный свет. Всё ненастоящим было.

– Тот с ведьмой связался, – снова первый продолжил, кажется, Лерд. Он, как и мы все сейчас, в огонь, на тонко улыбающуюся красавицу смотрел, вот только в глазах демонов ни восторга не было, ни опьянения красотой такой нечеловеческой. Лишь злость, презрение и ненависть.

Ведьма. Вот оно как…

В груди царапнула обида. Когда началась война, я подставилась под удар, чтобы донести послание до каждой, до абсолютно всех ныне живущих ведьм. Велела им затаиться, не выдавать своего происхождения, чтобы не поставили свою жизнь под угрозу. Мне это стоило недельного беспамятства и месячного восстановления, но я своё дело сделала – предупредила. А тут получается, что помогавшая Ансииру ведьма предупреждение услышала, не могла не услышать, но не затаилась, и не помогла, она… ничего не сделала. Ничего. Конечно, можно сказать, что она и не обязана была, но ведьм от всех прочих магических существ отличает одна важная деталь – мы все связаны. Все без исключения подчиняемся правящему роду, хранителям Силы. И речь здесь не о слепом подчинении, всё куда сложнее и запутаннее, но не станет хранителей Силы, не станет и самой силы у ведьм. Магия исчезнет. У каждой.