Инга вежливо отпускает про «перепугали» и просто говорит, что нам показалось. Я уже хочу плюнуть на конспирацию и объяснить мужику, на каком основании я могу отличить демона от ходячего трупа, но тут вмешивается Магнус.

— Он говорит правду. То, с чем мы бились, не было драугами. Да и драуги, ярл, откуда они взялись на твоей земле? Откуда тут столько тьмы? — в голосе северянина неприкрытое обвинение.

— Да как ты смеешь так говорить с ярлом! — отлипает от трона парень и злобно тычет пальцем в нашу сторону. — В чем ты нас обвиняешь?

— Южанин прав, на ваших землях демоны, — немного спокойнее отвечает Магнус. — На нас напали под самым вашим носом. Ярл будет делать вид, что ничего об этом не знает?

Хакон резко поднимается, краснея от гнева, а его сын выдает гадкую ухмылку.

— Что происходит? — шепчет мне Олег.

— Похоже, нам не рады… — рассеянно отвечаю я, хоть уже и понимаю, к чему все идет.

— Это оскорбление! — слишком уж жизнерадостно заявляет белобрысый. — Я вызываю тебя, Магнус, сын ярла Генрика, на хольмганг!

Инга издает отчаянный стон и до боли впивается в меня ногтями. Я слышу как она бормочет «он его убьет…». Задать вопрос кто кого, я не успеваю. Магнус с ревом бросается вперед.

Я непроизвольно дергаюсь вперед, с какой-то безумной мыслью остановить Магнуса. У меня нет особых возражений против того, чтобы он тут всех зарубил. Это дела местных, может принято тут так. Но понимаю, что после этого цивилизованного разговора уже не получится.

Но Инга так крепко вцепилась в меня, что в результате моего порыва остаются лишь глубокие борозды от ногтей.

Ни белобрысый, ни ярл даже бровью не ведут. С абсолютным спокойствием все наблюдают, как Магнус подлетает к вызвавшему его на поединок и со всей дури втыкает топор в дерево пола у самых ног.

От силы удара под ногами вздрагивает, а из широкой доски летят щепки.

— Принимаю твой вызов! — ревет сын ярла. — Готов прямо сейчас!

Я незаметно выдыхаю. Экспрессивные ребята однако. Хорошо хоть Богдан додумался не ломануться вслед, даже секиру не поднял. Причем ярл с явной досадой взглянул на Покровского.

Слишком много провокаций, для чего только? Сомневаюсь, что нас тут всех хотят вырезать под благовидным предлогом. А вот выгнать вполне могут, если будет скандал на культурной почве.

— Хольмганг состоится на рассвете, — с довольной физиономией спокойно изрекает Хакон. — И без того сегодня беспокойная ночь. Да и дорогим гостям стоит для начала отдохнуть.

И вот снова какая-то издевка в его тоне. Аккуратно отдираю Ингу от своей руки, чуть сжимаю запястье и трясу, хватка у нее железная. Девушка растерянно смотрит на проступившую кровь, тихо ойкает и отпускает меня.

Магнус только кивает и, развернувшись, выходит на улицу. Инга же жестом зовет нас за собой, в дверь справа. Ярл и его приспешники тихо переговариваются.

— Так, что происходит? — спрашиваю я предельно вежливо, когда мы заходим в гостиную с большим столом и потрескивающим поленьями камином.

— Мы переночуем здесь, — девушка кивает на несколько дверей, расположенных у дальней стены. — Условия не самые лучшие, только необходимое — кровать и умывальник. Завтра, если все пройдет хорошо, нам предоставят дом.

Каритский шумно плюхается на стул, медленно поводит пальцем по поверхности стола и внимательно его рассматривает.

— И что это значит? — интересуется он скучающим тоном, но в голосе нарастает раздражение.

— Нас всех позвал Магнус, но сейчас его статус… В общем, пока не состоится их поединок, прав тут у него никаких нет. И у нас, соответственно, тоже. Вас принимают как гостей, но в данный момент скорее как нежелательных.

Инга так старается объяснить нам местные порядки и при этом не обидеть, что начинает морщиться, кусать губы, заламывать руки и бледнеть. Мне ее становится жаль, тем более что пока лично нам никто не угрожал.

А то, что мы нежелательные гости, и до этого было понятно.

— Ладно, все в порядке, — успокаиваю я блондинку. — Не насмерть же они будут биться?

Северянка бледнеет еще больше и молчит. Я напрягаюсь.

— В смысле что, могут насмерть? — уточняю я.

— Оскорбление не настолько серьезное, — усиленно мотает она головой, но звучит не очень убедительно. — Но это далеко не дружеский бой, так что последствия…

Инга опять замолкает, уходя в себя. Я уже было хочу ее встряхнуть, но передумываю. Толку доводить девушку до истерики, к которой она, судя по виду, уже близка. Поединок это не отменит.