Так они и удочерили меня.

Я никогда не звала их «мамой» и «папой». Потому что люди, которых я называла так тепло, погибли в автокатастрофе, когда мне было всего пять.

С семи — я в семье Зайцевых. Я росла, зная, — единственная моя ценность в том, чтобы привести в дом богатого зятя. Именно поэтому Элина Сергеевна и засунула меня в Академию.

«Там же управленцы!»

Этого оказалось достаточно для выбора учебного заведения. Единственное, что мне удалось, — отбить будущую специальность. Элина Сергеевна скрепя сердце согласилась.

И вот теперь… теперь она осуществила свою мечту в жизнь — продала меня. Ресовскому. Дорого.

Меня душат слёзы. Я давно не чувствовала себя такой беспомощной и несчастной. Абсолютно одинокой.

Никому нет дела до моих планов на жизнь.

До моей мечты. Моих желаний.

Пришёл. Увидел. Купил.

Ненавижу!

И его, и тех, кто пытались все эти годы строить из себя моих родителей.

Ненавижу!

Мне удаётся протиснуться мимо Ресовского, и я стремительно несусь вниз.

Он бросает мне в спину:

— Ну, побегай, если хочешь. Это полезно.

Выскакиваю из Академии, бегу в сквер, падаю на скамейку и рыдаю. Достаю телефон, судорожно набираю Вадима и закусываю губы, ожидая, пока в трубке раздастся родной и любимый голос…

Ника

Вадим — моё всё.

Приёмные родители очень старались, чтобы я выбрала выгодного жениха. Я не ходила на дискотеки, в клубы, да и вообще почти что не общалась со сверстниками. Но если честно — не очень-то от этого и страдала. Моими лучшими друзьями были книги — в центральной библиотеке моё фото не покидало стенда «Лучшие читатели». Учиться я любила и люблю. Процесс получения знаний доставляет мне ни с чем несравнимое удовольствие.

Я считала себя холодной и рассудочной ровно до той поры, пока не встретила Вадима. Парни меня не интересовали ни в школе, ни в Академии. Но не переживала по этому поводу, полагая, что просто фригидна и слишком рациональна. И была даже этому рада — Элина Сергеевна ведь не скрывала, какая судьба меня ждёт. А если будет брак без любви, так может моя холодность и к лучшему?

Вадим появился у нас дома два года назад — я тогда как раз поступила в Академию. И «родители» решили усилить контроль — установить видеонаблюдение в каждой комнате. Вадька был бригадиром. Серьёзный взрослый (во всяком случае, так ощущались его двадцать три с моих восемнадцати). А ещё — надёжный. Я сразу это почувствовала в нём.

Нас потянуло друг к другу с первого взгляда, вспышкой, прострелившим электричеством. Когда я попала под очарование светлой улыбки Вадима. Он у меня привлекательный — высокий (не такой, как Ресовский, но всё-таки выше среднего), стройный, спортивный. Голубые глаза, смуглая кожа, русые волосы. Умный, интересный, спокойный. А ещё — очень бережный. Относится ко мне, как к хрустальной. Ответственный — хочет, чтобы у нас была красивая свадьба и хоть небольшая, но своя квартира. Ради этого работает, как проклятый.

Конечно, Элина Сергеевна никогда не примет его и не согласится с таким мужем. Но я не намерена её больше слушать. Вадима выбрало моё сердце.

А Ресовский?

Если ей надо — пусть сама выходит за него замуж.

— … алло, малыш… — уношусь мыслями в воспоминания и не сразу понимаю, что Вадим ответил, а я и не услышала.

— Вадька, Вадечка, родной, — рыдаю. — Меня продали. Отдали ему, как вещь.

— О ком ты? — не понимая, спрашивает любимый.

— О Ресовском.

— О каком Ресовском? — недоумевает Вадим.

— Том самом, — хнычу я. — Олигархе. Владельце сети фармакологических предприятий.

— Чёрт! Эти фото в сети — не розыгрыш? — в голосе Вадима нет злости, скорее тревога.

— Да, — горько вздыхаю. — Он и к родителям добрался. Купил меня. Явился прямо в Академию. Опозорил.

— Так, Ника, успокойся, — строго говорит Вадим. — Посмотрел твою геолокацию. Ты в сквере? — подтверждаю. — Отлично, там рядом такси. Сегодня Сашка Дейнека, мой друг, таксует. Сейчас скину номер машины. Дуй ко мне в офис. Всё обговорим.

От уверенного голоса Вадима становится легче. И сердце наполняется благодарностью, что любимый не устраивает сцен ревности на пустом месте. Он однажды сказал мне: «Ревность унижает партнёра. Она исключает доверие». А мы с Вадимом доверяем друг другу безгранично.

Офис у них находится в старом фарфоровом заводе. Здание ещё дореволюционной постройки. Сейчас его делят разные конторы — тут и агентство недвижимости, и страховая компания, и адвокаты.

Ребята приютились на чердаке. В интерьере у них настоящий лофт. Он очень идёт к брутальным навороченным компам и прочему оборудованию, на котором работают парни. Поскольку Вадим — руководитель, то у него небольшой кабинет. Просто коморка, отгороженная в углу общего зала. Но и этого хватает для уединения.