Я и без подсказок Сати старательно набивал желудок. После вчерашнего боя голод постоянно преследовал меня. Возможно, в этом был виноват тот трюк с черным огнем, который мне удалось применить, а может, и ранения давали о себе знать.

– Пламетворцы? – переспросил я.

– Так называют людей, ступивших на путь самосовершенствования и постижения секретов Цунь-Ши-Дао. Иногда их еще называют огневиками, культиваторами или по-простому практиками – теми, кто практикует Цунь-Ши-Дао. Все в мире пребывает в гармонии, в равновесии с самим собой. Цунь означает развитие тела, Ши – укрепление разума, Дао – очищение души.

Я вспомнил про концепцию инь-ян, которая была популярна на востоке. Белое и черное – философское отображение противоположностей.

– Разве не два элемента должно быть? – уточнил я.

– Два элемента никак не могут находиться в равновесии. Попробуйте создать табурет с двумя ножками. Сможете ли вы не него встать? – изрекла Бхоль местную мудрость. – Табурет с тремя ножками будет стоять устойчиво. Четыре опоры – еще лучше, но и трех хватит для саморазвития.

– А что насчет ступеней, о которых говорили бандиты Чена? Личинки какие-то?

– Пламетворцев разделяют по рангу силы. Существует нулевая ступень, также называемая Пустой. Большинство людей именно Пустые. Они неспособны высвобождать духовный огонь. Первая ступень зовется Новичок или Начинающий, в простонародье ее презрительно называют этапом Личинки. У остальных ступеней также есть свои животные аналоги, но не столь оскорбительные. Практика второй ступени или Рекрута также могут назвать Лягушкой. Следующим идет Боец или Крыса.

– А ты сама какого ранга?

– Я постигаю ступень Рекрута, этапы Цунь и Ши почти пройдены мной. Остается этап Души, с которым свои сложности.

– Рекрута можно отличить по духовному огню серого цвета, – пояснила Мо-Шэн.

– Верно, – кивнула Сати. – В отличие от почти бесполезного черного огня, серое пламя дает хороший жар.

Девушка вытянула кисть и высвободила свою внутреннюю силу. На ее ладони заплясали маленькие язычки пламени. Они не были полностью серыми. В них иногда проскакивали и черные всполохи, и темно-красные. Но серый цвет преобладал. Выглядело красиво и завораживающе.

Сати захлопнула ладонь. Язычки огня пропали, и я очнулся от наваждения. Ступень Рекрута, значит. Выходит, Бхоль сильнее меня, но все равно продолжает подчиняться. Мне подобное поведение казалось странным, учитывая ее явную неприязнь к Ли Кону, но девушка, очевидно, обладала железными принципами и не имела намерений нарушать договор.

– Фу-ух, – отложил я плошку в сторону и похлопал по наполнившемуся животу. – Спасибо за угощение.

Сати снова взглянула на меня, сузив глаза. Словно слова благодарности прежнему Ли Кону были совершенно чужды. Так оно могло и быть, в принципе. Возможно, мне следует вести себя более злобно, чтобы не выдать свое иномирянское происхождение? Надо подумать об этом.

– Негоже господину отставать от ученицы. Поможешь мне достичь следующей ступени, Сати?

– Вы желаете, чтобы я занялась вашей тренировкой? – удивилась девушка.

– Других учителей пока что на горизонте не видно, так что да – желаю.

– Раз так, я с удовольствием займусь вами, молодой господин, – улыбнулась Сати.

И предвкушающе-садисткая улыбка на лице прекрасной девушки не предвещала ничего хорошего. Мелькнула мысль пойти на попятный, но я сжал волю в кулак и отогнал прочь пораженческий настрой. Кочегары не отступают от трудностей!

– Пройдем в арсенал, господин, – Сати поднялась из-за стола.

И даже в таком простом действии ощущалась грациозность и величие. Спина девушки всегда держалась прямо, олицетворяя собой ее непоколебимый характер. Нас тоже в детстве учили правильной осанке, но из-за расхлябанности и вседозволенности мало кто серьезно следил за этим. А к тридцати уже у большинства знакомых, особенно при сидячей работе, возникали проблемы с поясницей или другими отделами позвоночника. Что-то мне подсказывало, что в этом мире сидячей офисной работы не так уж много.

Арсеналом оказалось большое помещение с отдельным широким и высоким выходом на задний двор. В зале находились пустые манекены, полки и подставки для хранения оружия, стены были украшены гобеленами с изображениями сражающихся воинов. Однако в целом помещение пустовало: боевого оружия внутри было мало.

Исключением являлся объект, сходу притягивающий взгляд любого, кто бы ни зашел в арсенал. Лучи утреннего солнца пробивались через окно, освещая массивный металлический доспех необычного цвета. Светло-коричневые тона сменялись зеленоватой патиной. Судя по всему, доспех был сделан из меди. В местах некоторых сочленений виднелись трубки из серебристого металла, похожие на сервоприводы. Кое-где выглядывали медные линии, по которым, наверное, подавался сжатый воздух или пар для активации приводов.

Доспех имел многочисленные повреждения, нанесенные, очевидно, во время страшного сражения. Левая рука была перерублена в районе ниже локтя. По всей поверхности доспеха виднелись разнообразные следы от ударов. Особенно досталось ногам: в некоторых местах были сплошные пробоины, а сервоприводы оказались разрушены. Теперь стало ясно, что имели в виду бандиты, когда говорили, что доспех не на ходу. С такими повреждениями механизм не сможет работать как следует.

Я закатал полы хакама и сверил отметины в доспехе с собственными шрамами. Сходство было поразительным. Левую руку Ли Кону также отрубили, пока он находился внутри доспеха. Получается, что он часто его использовал раньше.