Смеясь и переговариваясь, мы, своей небольшой группой, двинулись за слугами в поместье. В отдельной небольшой комнате нас уже ждали тазы с теплой водой — смыть грязь, а наряды подготовлены и аккуратно разложены.

На все ушло около часа. Тяжелее всего было отмыться Торису, который покатался по земле и, казалось, собрал всю пыль и песок своими волосами, мы же с Марвином только освежились, избавившись от посторонних запахов и сбрызнув волосы и шеи цветочной водой. После, за шторками, все трое переоделись, проверили наряды друг друга, затянуты ли пряжки и на месте ли чулки.

— Все еще чувствую себя неуютно… — протянул Торис.

— Просто представь, что на тебе доспех, — пожал плечами Марвин. — В чем проблема?

— Но доспеха-то нет! — возмутился Торис.

— А ты представь… — улыбнулся старший брат.

Ему-то было просто, его наряд был более сдержанным. Я же вовсе в своей песочной тунике походил на гостя из Гоунса, хотя нельзя не отметить, что Гипперт все выбрал правильно. Маг должен выделяться, а эти одежды отлично подходили к моему жетону, да и вообще, отдаленно напоминали одежды всегда утонченного и красиво одетого Неро.

Ужин я почти не запомнил. Сидели мы за длинным столом, а разместили нас с баронетами где-то во второй половине зала от головы, где восседали маркиза и Отавия. Виконт Фосс оказался в пятке мест впереди, но до нас постоянно доносились тосты и громкие выкрики, обрывки шуток и взрывов смеха.

Я же наслаждался относительным покоем, спокойно уплетая рябчиков и запивая все это прекрасным южным вином.

Как же я был благодарен сейчас учителю за то, что он обучил меня поведению за столом! Когда мы только расселись, на меня нет-нет, но бросали косые взгляды, но вроде как я не дал ни одного повода усомниться в моем воспитании и навыках, так что довольно быстро окружающие потеряли ко мне всяческий интерес.

Наконец, когда тарелки и кубки опустели, на небольшую сцену в углу зала вышла группа музыкантов. Гости встали со своих мест размять ноги и утрясти угощение, а слуги тем временем стали сдвигать столы и стулья к стенам, освобождая место для танцев. Чем-то эта комната напоминала один из залов императорского поместья, да и древние стены прямо говорили о том, что ранее это был главный зал донжона — в котором прежние владельцы укрепления когда-то устраивали пиры для гостей и своей дружины. Славные, наверное, были времена.

Я пошарил взглядом по залу и наконец-то увидел Отавию. Для танцев девушка переоделась в летящее кремовое платье с высоким воротником. Руки до локтей закрывались тонкими перчатками, и хотя наряд принцессы вызывал недоумение — маркиза Хашт была одета более вызывающе, демонстрируя всем тонкую шею и худые плечи, я четко понимал, почему Отавия выбрала именно это платье. Скрыть отметины, что остались на ее коже после того, как я выжег проклятье белой магией.

Сегодня к танцам я был готов. Гипперт и Марвин дали мне несколько уроков, так что в обычном групповом хороводе я двигаться смогу, да и парные танцы с круговой сменой партнеров мне теперь были не страшны. Главное считать в голове «раз-два-три» правильно переставляя ноги, и вовремя поворачиваться налево, подхватывая новую партнершу. Так что когда музыканты ударили по струнам и в центр зала вышла маркиза Хашт в сопровождении высокого молодого вельможи с мощной челюстью, я почти не испугался.

— А кто это? — спросил я виконта Фосса, что стоял рядом с нами. — Мне он отдаленно знаком…

— О! Неужели? — удивился Ивор. — Это Тагир Торлорн, сын герцога Саина Торлорна, но он прибыл только на неделе, вместе с отцом…

— Торлорн?! — удивился я.

Все встало на свои места. И жесткий взгляд, и массивная челюсть, уверенная походка опытного рубаки.

Самый титулованный гость, после принцессы конечно же, поклонился своей партнерше, после чего пара закружилась в танце. Это стало сигналом ко всем прочим: гости стали выстраиваться рядами, готовясь присоединиться к развлечению. Мне в пару молодая баронесса с потными ладонями и блестящим взглядом.

Танцы прошли хорошо. Я запнулся всего пару раз, хотя выпившие гости периодически нарушали строй и сбивали общий ритм, так что мои оплошности почти никто не заметил. Когда пришел черед парных танцев, я предусмотрительно отошел в сторону вместе с другими гостями — мне не хотелось отдавить кому-нибудь ноги, да и внутри стало жарковато. Так что когда широкие двери, ведущие в сад, распахнулись, я вывалился наружу вместе с прочими скучающими.

Над поместьем опускалась жаркая летняя ночь. Солнце уже зашло за горизонт, и вдали угадывались только мягкие алые отблески. Еще десять минут — и окончательно стемнеет, налетит мошкара, застрекочут цикады и прочие твари. Прямо в саду слуги развернули несколько жаровен, на которых готовили мясо и овощи — закуска для уставших танцующих, вынесли и обитые мягким войлоком лавки, что стали под шатрами, которые должны были уберечь людей от насекомых.

— Прекрасный вечер устроила маркиза, не находите? — голос говорящего был тверд и четок, в нем не чувствовалось и капли хмеля.

— Да, прекрасный… — ответил я, поворачиваясь к говорящему.

Улыбаясь, рядом со мной стоял сын герцога Торлорна.

Ростом не ниже Марвина, вблизи я понял, что он был моложе — едва ли за двадцать. Старила Торлорна фамильная челюсть и движения солдата, к которым я привык за месяцы в гвардии. Чувствовалась жесткая рука родителя-тирана, что вбивал в сына науку всеми доступными методами. Но сейчас младший Торлорн казался почти приятным человеком. Но именно, что почти — от маркиза исходили властные волны, которые любой мужчина иначе, как агрессию, воспринять не мог.