— Этот щит… не дает проходить звукам? — спросил я.

— Думаю да, — ответила винефик. — Теперь нас точно никто не услышит… Открывай письмо.

По горящим глазам келандки было видно, что она на взводе, впрочем, как и я. Витати догадывалась, что ничего хорошего послание Осиора нам не сулило.

«Мой дорогой ученик! Рей!

Я очень надеюсь, что Вейхоль доберется до Шамограда и сумеет передать тебе это письмо.

Самое важное скажу сразу и прямо, если у тебя нет времени читать послание целиком.

БЕГИ ИЗ СТОЛИЦЫ! НЕМЕДЛЯ!

Кольцо событий сжимается. След, что взял Архимаг Аурантис, оказался засадой еретиков. Рей, никому более доверять нельзя! Особенно в шамоградской Башне! Я сомневаюсь, что архимаг Виола или мой друг Неро замешаны в этом, но ересь глубоко пустила корни в самом сердце Круга. О нашей миссии знали только высшие чины, а решение двинуть навстречу Аурантису было принято на собрании Трибунала, значит, предатель где-то там.

Запомни, теперь любой истигатор для тебя — потенциальная угроза, как и любой маг, вне зависимости от ранга. Доверять ты можешь только Витати, ее и держись.

Теперь ты волен, как птица, Рей. А значит, знаешь, что делать. Исполни свою мечту».

— Ничего не поняла, — сказала Витати, как только я перестал читать. — Он предлагает бежать? Куда? Зачем?

— Если послание принес Вейхоль, то, скорее всего, наставник в Кибашаме, или еще дальше… Как-то странно заканчивается письмо.

— Начинается за то очень понятно, — отрезала Витати. — Надо собираться.

— Куда? — спросил я, поворачиваясь на стуле.

Витати только замерла на месте и посмотрела на меня, как на недалекого.

— Написано прямо — прочь из столицы. А последняя фраза похожа на загадку. Лично для тебя.

— Я ее не понимаю. Какая еще мечта? Стать архимагом? — стал перебирать я варианты.

«Или найти путь в Сферу», — шепнуло внутри, от чего стало не по себе.

— Тебе виднее, — пожала плечами келандка. — Но если твой наставник говорит, что из этой выгребной ямы надо рвать когти — так и сделаем. Ты сам прочитал, ни одному магу больше нет веры.

— Даже Неро или архимагу Виоле? — спросил я. — Они же друзья учителя…

— А еще они высшие маги, которые знали, куда он отправляется, — отрезала винефик. — А он прямо сказал, что высшим печатникам веры нет совсем.

Я продолжил сидеть, тупо глядя в пустоту. Не такого я ожидал от послания Осиора.

Витати, видя мой ступор, только тяжело вздохнула и, подойдя, взяла меня за плечи и как следует тряханула.

— Рей! Посмотри на меня! — твердо сказала келандка и я поднял глаза на девушку. — Почему ты застыл? Когда я расшиблась о камни, ты не долго думал — сразу бросился помогать.

— Там все было понятно и я…

— И тут все ясно! — перебила меня винефик. — Не заставляй давать тебе оплеухи. Я догадывалась, что нам придется сорваться с места, но чтобы вот так… У тебя на сборы два часа! Сходи к стряпчим, забери свои сбережения, а я пока за припасами! Выедем после заката!

— Витати!

— Что?!

— Я не могу, вот так… — промямлил я. — Я должен попрощаться, хотя бы с Торисом. И чтобы он передал пару слов Отавии, если она…

Келандка только закатила глаза, что было понятнее любых слов. Она была всего на пару-тройку лет старше, мне же иногда казалось, что между нами пропасть в целую жизнь.

— Три часа тебе хватит? — спросила винефик.

— Утром. Я должен зайти к Варналам утром. Торис пока на дежурстве, а обратно меня сейчас во дворец никто не пустит… Что изменит одна ночь? — начал уговаривать я дочь Степей. — Спокойно соберемся, переночуем, ты подготовишь наших лошадей, а я пока спокойно попрощаюсь с бароном и его сыновьями. Думаю, это будет правильно.

Винефик на секунду замерла, размышляя над моими словами, после чего махнула рукой и ответила:

— Ладно! Но подниму я тебя с рассветом! И сразу к барону! А пока — к стряпчему! Понял?

— Понял, — с готовностью кивнул я. — Спасибо.

Витати, уже стоя в дверях, лишь оглянулась и как-то грустно, почти мимолетно, но улыбнулась, что случалось нечасто. Не знаю, в чем был их уговор с Осиором, но ее реакция говорила о большом доверии между Стражем Устава и убийцей магов.

Как и сказала Витати, я сразу же отправился в контору, где хранил свои основные накопления. Возникли некоторые трудности, однако через полчаса стряпчий все же выдал мне мои деньги с удержанием процента за срочность. Хотелось дать этому проныре по зубам, но, видимо, не только я отреагировал на смерть императора подобным образом. По всему верхнему городу сейчас сновали беспокойные посыльные, купцы, мастера и вельможи, готовясь к смутным временам. Почти как подготовка к празднику, только вот дух веселья в воздухе заменился на мрачное и тревожное настроение.