Адскими усилиями всё же справляюсь с джинсами и перевожу растерянный взгляд на фото на холодильнике, с которого мне улыбается блестящими на солнце брекетами одиннадцатилетняя прыщавая шмакодявка с хвостиками, и снова смотрю на девушку, облокотившуюся спиной о столешницу на моей кухне.

Ох-ре-неть…

Нет, я, конечно, понимал, что за девять лет Санёк должна была подрасти и измениться, но, чёрт, не настолько же!

Удивительно, что я вообще её узнал. Тем более, учитывая мои скисшие после попойки мозги. Наверно, если бы не её огромные ярко карие глаза и три маленькие родинки над верхней губой, до меня бы так и не дошло, кто передо мной стоит.

— Как, как, — улыбается, пожимая плечами. — На самолёте, конечно. Что за вопрос?

Младшая сестрёнка Клима разглядывает меня с нескрываемой насмешкой, то и дело поджимая губы, чтобы не расхохататься. Оно и понятно. Потому что вид у меня сейчас и правда такой, будто я с крыши свалился. А потом мою распластанную тушу трамвай вдобавок переехал. Так я ещё ко всему прочему стою с раскрытым ртом, продолжая в ступоре смотреть на девчонку.

Видимо меня не до конца отпустило с прошлой ночи, проведённой в баре со стриптизёршами. Потому что как иначе объяснить, что у меня нахрен вся кровь к низу живота скатывается, пока я медленно скольжу взглядом по Саниным ногам вверх к бёдрам, прикрытым моей футболкой. И когда я поднимаю глаза выше, я, мать твою, со сто процентной уверенностью могу сказать, что на Климовой-младшей нет лифчика.

— Ну, момент с приветственными объятиями, думаю, можно упустить, — подкалывает, бросая быстрый взгляд на мою оттопыренную ширинку. — Считай этот этап мы с тобой уже прошли. Так что давай, иди смывай изо рта алкомаркет и возвращайся. Я тут как раз праздничный завтрак готовлю.

Кладёт ладони мне на плечи и, развернув, подталкивает к выходу.

Как только захожу в ванную комнату, слышу, что Санёк снова начинает напевать ту же песню, под которую крутила задницей, когда я её увидел.

Чёрт, опять не о том думаешь, Соболь. Это тебе не стриптизёрша из клуба. Это Саша Климова. Младшая сестра моего лучшего друга, которую я знал с первого дня её рождения. Малявка, лет с пяти смотревшая на меня влюблёнными оленьими глазами.

Ох, сколько свиданий она мне в детстве обломала, и не сосчитаешь. Ходила за мной как присоска, разве что на шее не висла.

Помню, как она ревела, когда они с Климом стояли на перроне и провожали меня на срочную. Цеплялась трясущимися руками за мой китель и заливала крокодильими слезами военную форму. Не знаю, что испытывают парни, когда прощаются так надолго со своей девушкой, но до того момента я даже не подозревал, что так тяжко будет расставаться с Саньком.

Помню, как малая хныкала и заверяла меня, что будет ждать из армии, а я ей говорил, что через неделю, она обо мне и думать забудет.

И забыла по ходу. Прошла-таки детская влюблённость. Потому что сейчас Санёк больше от моего вида как мороженное не тает.

Только вместо радостного облегчения у меня в груди как-то гаденько щемит.

Наверно это просто раздражение на Клима за его охренительную подставу.

Кстати, о нём.

Вытаскиваю из заднего кармана мобильный и, включив в душе воду, чтобы меня не было слышно, набираю номер этого говнюка.

— Соболь, проснулся, что ли уже? — отвечает на вызов после третьего гудка. — Я думал ты после вчерашнего до обеда будешь слюнями по наволочке мазать. Сашка что ли разбудила?

Да, блин, Сашка. Убью тебя сейчас, Климов.

— Ты какого чёрта мне не сказал, что Санёк сегодня приезжает? — цежу сквозь зубы, косясь на дверь. — Чё за подстава, млять, Клим?! Я блин её… не узнал в начале…

Вовремя осекаюсь, потому что навряд ли Паха будет в восторге, узнав, что я его младшую сестру всю облапал, приняв за стриптизёршу.

— В смысле не сказал? — спрашивает возмущённо. — Соболь, вот ты не пил раньше и лучше по ходу тебе не начинать, а то ты, кажется, вчера последние мозги в стакане с виски утопил. Саша мне ночью при тебе звонила. И огорошила так не хило новостью, что она, оказывается, не хочет больше учиться в Америке, а будет снова жить в России и уже сидит в аэропорту в ожидании, когда я её оттуда заберу.

Чего??? Замолкаю, и усиленно напрягаю опухшие мозги, пытаясь воссоздать в них картинку вчерашнего вечера, но гудящая голова категорически отказывается соображать.

— Ну же, Соболь, вспоминай, — наседает Клим, когда и через минуту я не реагирую. — Ты ещё в этот момент как раз на сцену лез, пытался стриптизёршу с шеста стащить. А потом отрубился. Я твою тушу домой закинул, а потом за Сашкой помчал. Мы когда вернулись, ты уже храпел как медведь на зимовке.

В памяти отдельными вспышками начинают мелькать кадры из клуба. Стриптизёрша. Шест. Телефонный звонок. Клим в трубку ругается на Санька, а я ору на него, чтобы не обижал мою мелочь. Что-то там про аэропорт тоже было, но это я уже плохо помню. А потом темнота.