Я знаю, как вам сложно. И я хочу помочь. Говоря не про то, что вы должны, а про то, как вы МОЖЕТЕ помочь собственным детям. Претворять в жизнь мои советы или нет – решать вам. Это уже не моя зона ответственности. Но со своей стороны я сделаю всё возможное.

Позвольте в конце этого вступления… обнять вас. Вы – лучшие родители для своих детей.

Чтобы разобраться, как бороться с речевыми нарушениями, надо сначала понять серьёзность проблемы. Зачем, собственно, бороться? И с чем? Поэтому в первой части я решила написать о важности этой темы, дать основные нормы речевого развития, удобную классификацию нарушений и, конечно, осветить причины их возникновения. Я постаралась сделать так, чтобы было не слишком скучно (без теории действительно никак, но я максимально постаралась изложить её «своими словами»).

Любому родителю рано или поздно хочется воскликнуть: «Меня о таком не предупреждали!» Потому что воспитание детей весьма отличается от картинки, нарисованной в мультиках и семейных фильмах. Есть, возможно, 50 способов уложить ребёнка спать – и ни один из них не работает с вашим ребёнком. То же самое с введением прикорма, приучением к горшку, привыканием к садику… Список можно продолжать бесконечно.

На мой взгляд, самая полезная книга для родителей написана психологом Людмилой Петрановской. Она называется «Тайная опора. Привязанность в жизни ребёнка» [6]. Труд Людмилы Петрановской (к слову, она по первому образованию филолог) прекрасно объясняет все особенности поведения детей и помогает мамам и папам не сойти с ума. И вести себя при этом максимально адекватно. Пересказывать не буду – лучше прочитайте сами, если ещё этого не сделали, или перечитайте нужные главы. Но напомню главный, на мой взгляд, тезис: от того, насколько родители принимают ребёнка, зависит вся его жизнь. Мамы и папы должны быть со своими малышами по одну сторону баррикад, а все проблемы – по другую. Тогда и только тогда получится со всем справиться и остаться при этом по-настоящему родными и близкими.

Вот как раз с принятием и связана проблема речевых нарушений. Как именно? Представьте себе песочницу: дети лепят куличики, а мамы спрашивают друг у друга, кто во сколько сел, пошёл, заговорил… Ту несчастливицу, которой «достался молчун», в лучшем случае пожалеют. Про себя. Но чаще начинается заседание непрошенного консилиума, замешанное на чувстве облегчения: «как хорошо, что у моего-то всё в порядке». При этом маме «всерьёз больного» малыша не стали бы ничего советовать, но речь – это же просто. Тут каждый – эксперт. Советы сначала раздражают, потом попросту злят. «Разговаривать с ребёнком? Правда?! А то я не разговариваю?!» – вот что хочет сказать мама «молчуна». Но в ответ на рекомендации доброхотов мило улыбается, мысленно вычёркивая эту песочницу из списка мест посещения. С папой, кстати, вообще никто такой разговор заводить не будет. Он ведь и послать может…

Со временем ситуация усугубляется. И самая любящая мама на свете вдруг ловит себя на мысли, что её милый, её сладкий малыш – не такой, как все. Молчит или говорит невнятно, и это начинает сказываться на пресловутой социализации. Дети не «фильтруют базар», а говорят как есть: «Мальчик/девочка, я тебя не понимаю!» Материнское сердце рассыпается на тысячи осколков, но это только начало. Большая, терзающая боль возникает от мысли, что твой ребёнок будет отвергнут обществом. Уж я-то знаю, поверьте. Мама старается уберечь своего малыша от отвержения. И «сделать нормальным», конечно. Я говорю про маму, потому что эта ситуация более типична. Но и папы, безусловно, переживают. И часто делают то же самое, что и мамы. Описываемая мной ситуация относится не только к отсутствию речи. То же самое происходит и когда у малыша нечёткое, «скомканное» произношение (та самая «каша во рту»), заикание или другие проблемы, о которых поговорим в одной и следующих глав.

А теперь представьте, каково ребёнку. Он родился и поначалу рос в атмосфере абсолютной любви. Но потом что-то случилось: мама начала плакать, на что-то злиться, одёргивать его… А за ней и все остальные родные и близкие подтянулись. Возможны три варианта дальнейшего развития событий:

1. Мама бережёт ребёнка от неудач, делает за него всё, лишь бы он чувствовал себя успешным (так происходит слияние, которое на самом деле мешает малышу развиваться).

2. Мама отстраняется от ребёнка (ей сложно принять его неуспешность, поэтому она подсознательно «отказывается» от него, при этом на самом деле оставаясь родителем и глубоко переживая «потерю»).

3. Мама принимает особенности ребёнка и помогает ему развиваться, давая ему необходимую самостоятельность и используя адекватные методы помощи и поддержки.

А теперь давайте честно: многие ли из нас могут смело отнести себя к третьей категории мам? Все хотели бы… Но так ли это просто? Я на себе ощутила (дважды!), каково это – попасть «в шкуру» матери ребёнка с речевыми проблемами. В первый раз я настроилась на борьбу, бросила работу и полностью перестроила всю свою жизнь, а вот второй меня уже вытаскивал из глубокого кризиса настоящий психиатр. То есть в первый раз я пошла по пути слияния, во второй – отстранения. В итоге мой старший ребёнок только сейчас, в 12 лет, учится самостоятельности, а с младшим я и вовсе не могу заниматься, потому что подсознательно боюсь его (и своей!) неуспешности. Я изо всех сил пытаюсь сейчас пробиться на третий путь и понимаю, что по мне плачет длительная психотерапия. И далеко не только по мне, кстати.

К чему я устроила здесь душевный стриптиз? К тому, чтобы показать, что воспитывать детей с речевыми нарушениями в сто раз сложнее, чем «обычных». Помните советы про «разговаривать с ребёнком»? Туда же – про «заниматься с малышом дома по авторским методикам», «учить читать в два года» и «знать наизусть всего Пушкина». Знаете что?! С ребёнком, с речью (а заодно и с центральной нервной системой) которого всё в порядке, ах как прекрасно заниматься! Он может без особого труда, играючи, и в два года научиться читать, «выдавать» по первому требованию «Евгения Онегина» целиком и говорить по-английски. Только вот зачем? Я принципиально не смотрю шоу детских талантов. Мне этих мальчиков и девочек жалко. У них отняли детство, чтобы родители могли похвастаться их успехами. Что ждёт таких «чудо-детей» в будущем, огромный вопрос.