Знала бы я что уже вскоре я смогу опровергнуть его слова…

Следующие несколько дней были похожи друг на друга - ночи мы с Демьяном проводили вместе. И это, пожалуй, было единственное время в сутках, когда я хоть немного могла расслабиться и отдохнуть. Потому что все остальное время я находилась в постоянном ожидании.

Отец на связь не выходил. Его телефон все еще был вне зоны доступа. И с каждым днем надежда на спасение таяла.

Со Зверевым мы почти не пересекались. Он даже ел чаще всего не вместе со мной. Я просто готовила и оставляла еду в холодильнике. Почему-то разговаривать с ним при свете дня не тянуло. Мы были два чужих человека, запертых на одной территории. С той лишь разницей, что мне не светило выбраться из этой передряги. Не знаю почему, но я понимала очень четко - просить Демьяна о помощи бессмысленно. И я не хотела унижаться лишний раз. Боялась услышать отказ, даже в мягкой форме.

Марина регулярно созванивалась со мной, и я старательно делала вид, что ничего страшного не происходило. Эти редкие минуты общения помогали держаться на плаву. Про совместные ночи с моим тюремщиком я старалась не думать. Относилась к этому как к терапии, хотя каждый вечер ловила себя на мысли, что невольно ждала когда наконец услышу его шаги, почувствую рядом его тело. А еще, что он передумает и скажет, что защитит, что останется рядом и отдаст никому…

Дура.

Что ни говори, а любовником он был, что надо. В этом смысле мне очень повезло.

Хрупкое перемирие рухнуло неожиданно. Я все время ждала, что вот-вот Демьян сообщит, что время вышло и мне придется проехать с ним или еще с кем-то, но все вышло куда прозаичнее.

Проходя мимо гостевой, которую занял Зверев, я услышала, как тот говорил с кем-то по телефону. Да еще и на немецком. Настолько удивилась, что остановилась и невольно прислушалась к речи. В школе помимо английского я увлеклась изучением немецкого. Даже одно время мечтала стать лингвистом, но успехи у меня были весьма посредственные, и в итоге я забросила это дело. Но кое-какие знания все же остались. Так что понять, о чем шла речь я могла. И неизвестно, что было лучше…

– Да, девчонка в порядке, - негромко произнес мужчина.
– Сидит, ждет. Нет, на связь не выходил. Я бы заметил.

Повисло молчание - видимо, собеседник что-то отвечал Звереву.

– Хорошо, я пошлю своих людей. Но если он нужен живым, то лучше сделать все осторожнее. Понимаю. Если поторопиться, Ковальчук может сыграть в ящик.

Я задержала дыхание, чтобы не выдать себя ничем, уже понимая о чем же шла речь.

– Да мне плевать в общем-то. Это не мое дело. Хочешь так - сделают так. Но ты уверен, что живым он не будет более полезен? Я понял тебя, отец. Свяжусь с парнями. Они найдут его и доставят. Да, позвоню, как все будет сделано. 

Очень осторожно я отошла назад и едва дыша добралась до своей спальни. Тихо закрыла дверь и едва на зарыдала в голос. Бросилась в ванную, чтобы там за шумом воды скрыть свои рыдания.

Зверев был мне никто, но я ему поверила. Поверила, что он не при чем, что он просто наемник, который не имел отношения к проблемам отца. Но по всему выходило, что только что моего папу… заказали?

Липкий, холодный ужас разливался гурди. Тот мужчина, за стенко отвечал за это, а я… Я делила с ним постель! 

Тошнота резко подступила к горлу, и я едва успела дойти до унитаза, как меня вывернуло. И не раз.

Зверев… Зверь… Как же так…

И самое ужасное было то, что я ни черта не могла сделать! Бежать умолять отменить заказ? Но ради чего? Демьян честно сказал, что не станет меня защищать. Да. Но я не думала, что именно ему…

Боже! Внутри все скручивало от понимания, что возможно отцу осталось жить всего ничего, а я знаю и ничего не могу поделать…

Схватив мобильный снова и снова пыталась дозвониться до папы, но нет… Абонент вне зоны действия сети…

Я сидела на полу и рыдала. Рыдала также сильно, как плакала, когда ушла мама. И сейчас было наплевать, что в итоге сделают со мной. Понимание, что я вот-вот лишусь последнего близкого человека раздавило меня.

Наверное я просидела так очень долго - слезы высохли, а на новые сил не было. Была какая-то жуткая апатия. Настолько, что я даже не сразу поняла, что рядом что-то звонило. 

Перевела взгляд на мобильный - незнакомый номер.

Без особого энтузиазма все же ответила.

– Алло…

– Вика, это Матвей. Слушай внимательно, времени мало.

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности.

– Где папа? Что с ним?

– Слушай меня…

– Ему угрожают! Его хотят убить! Кажется, люди Зверева…

– Вика!
– рявкнул начальник безопасности, отчего я тут же замолчала.
– Твой отец мертв.

– Как…

– Сейчас неважно как. Он просил позаботиться о тебе. Так что сейчас ты предельно внимательно слушаешь меня и выполняешь все, что я скажу. Ясно?

– Да, но как же…