Нейт ответил: «Даже не обсуждается».

Мой дядя кое-что знал о посттравматическом стрессе. Ему было двадцать три, когда в Боснии его зацепило шрапнелью, и поэтому он прикован к инвалидному креслу. Он сказал, что я должна находиться рядом с семьей, а поскольку бабушка не могла заботиться обо мне из-за болезни, то он перевез меня к себе. Я понимала, что это давалось нелегко ему, одинокому мужчине в инвалидном кресле, которому внезапно пришлось воспитывать травмированного ребенка. Но он не сдался, за что я любила его, пусть и не могла подобрать слов, чтобы выразить, как много это значило для меня. Иногда я представляла нас как пару потрепанных форзацев. Мы оба были не без недостатков, но составляли единое целое, даже если нас всегда что-то отдаляло друг от друга.

Будильник показывал шесть часов утра, поэтому пытаться снова заснуть казалось бессмысленным. Я заправила кровать и направилась в ванную, чтобы подготовиться к школе. Ополоснула холодной водой лицо и изучила бледный цвет лица и глаза, в которых все еще мелькали отголоски сна. Я нервно выдохнула и включила душ. «Отличный способ начать неделю».

– Слышал, это сделала ее банда байкеров. Ему повезло, что он вообще жив остался.

– Серьезно?

– Ага, по-моему, Грег МакКой только вышел из тюрьмы или что-то в этом роде.

– Я и не знала, что она водится с бандитами.

– Да вы, ребята, не в теме. Говорю же, что она сама это сделала. И зная его, он это заслужил.

Я оторвала взгляд от книги, и перешептывания тут же умолкли, а ученики за соседними столами вдруг заинтересовались подносами со своим обедом. Подавив желание закатить глаза, я обмакнула картофель фри в кетчуп и закинула в рот. Нужно уже было привыкнуть к этому. Когда ты держишься особняком, люди сами выдумают подробности твоей жизни. Но банда байкеров? Серьезно?

Я взглянула на край стола, где сидел Джеффри Крамб и ел гамбургер с картошкой. Он одарил меня однобокой улыбкой, разделяя мое удовольствие от сплетен, а затем склонился над своей книгой. Джеффри – болезненно худой блондин – был на два года младше меня и жил с бабушкой и дедушкой через одну улицу от меня. Я слышала, что его мать была законченной наркоманкой, которая забеременела в восемнадцать, а Джеффри родился с кучей проблем со здоровьем. Он был довольно умен, но невысоким для своего возраста, и ему трудно давалось общение с другими детьми. Несколько лет назад мы начали сидеть за одним столом, потому что нам обоим нравилось читать во время обеда, даже если Грег к нам присоединялся. После этого никто не решался приставать к Джеффри, вероятно потому, что боялись, что я натравлю на них Грега.

Грег, может, и уехал, но его репутация наложила на меня свой отпечаток. Я не возражала, если из-за этого люди перестанут приставать ко мне.

Мне было интересно, как все прознали о драке, потому что ни Скотт, ни Райан точно не стали бы кому-либо рассказывать о случившемся. На втором уроке, на химии, я мельком взглянула на Скотта, и едва ли не ахнула от его синяков под глазами и распухшего носа. Очевидно, никто не купился на историю о том, что ему пришлось резко вильнуть машиной, чтобы не сбить оленя. Но каким образом, черт возьми, они связали его синяки со мной?

Я мысленно пожала плечами и снова обратила внимание на свой потрепанный экземпляр «Джейн Эйр». Пока меня никто не беспокоит, пусть думают, что хотят.

По полу заскрипели ножки стула, когда кто-то отодвинул его и сел напротив меня. Я даже не потрудилась поднять взгляд.

– Уходи. Я занята.

Рука потянулась за моей картошкой. Когда я не возразила, рука схватила еще одну. Я подтолкнула тарелку ближе к руке.

– Угощайся.

– Хм, не вижу побитых костяшек. Что ты натворила, использовала на нем бейсбольную биту?

Я подняла взгляд и встретилась со смеющимися голубыми глазами Роланда Грина. Он наклонился ко мне, и темная челка упала на лоб.

– И? – спросил он, откидывая волосы назад. Бесполезный жест. Я постоянно твердила ему, что нужно отстричь ее, но он говорил, что девчонкам нравится и так. Судя по тому, сколько девчонок уставились на него щенячьими глазами, он, вероятно, был прав.

– Что «и»?

Роланд фыркнул.

– Даже не начинай. Что случилось?

Я подняла банку с колой и сделала длинный глоток, раздумывая, стоит ли говорить Роланду правду. Он не станет спрашивать снова, если я попрошу, но Роланд никак не мог скрыть внутреннего злорадства, что только подтвердило бы подозрения других учеников. Скотт тоже не был в списке его любимчиков.

– Ребят, вы видели лицо Скотта Фоули? Слышал, его избила какая-то банда. – Питер Келли рухнул на соседний стул, его щеки горели, а рыжие волосы как обычно торчали во все стороны. Его зеленые глаза вспыхнули, когда он пригнулся и понизил голос: – Конечно, это ни в какое сравнение не идет с той историей, которую я слышал. – Он бросил на меня многозначительный взгляд.

Я покачала головой.

– Жаль разочаровывать…

– Сара чуть не довела его до слез.

Мой рот открылся, когда я резко подняла голову и уставилась на Джеффри.