Алиев обнял меня крепче, а Ольга на том конце трубки тяжело вздохнула:

— Когда вы вернётесь? Я сразу приеду к тебе.

— С телом проститься? — мрачно пошутила я.

— Очень смешно, — не оценила шутку Ольга. Рома, кстати, тоже не засмеялся, просто молчал. А молчание — знак согласия. — Так когда?

— Не знаю, — вздохнула я. — Как решимся умирать.

— Каролина, хватит! — воскликнула подруга. — Что за мысли? Ну, придумайте что-нибудь, вас же двое!

— Уже придумали — сбежали. И идея была так себе.

— Значит, не возвращайтесь. Блин, конечно, это не вариант, — вздохнула она. — Слушай, а давай я твоей маме позвоню, разведаю обстановку? А потом тебе расскажу.

— Давай, — согласилась я, понимая, что это ничего не даст.

Знаю я, какая там обстановка.

Пока мы ждали звонка Ольги, я помогла Роме загрузить оставшееся, чтобы постараться не думать обо всём этом. Не вышло — встречаясь с глазами Алиева, я чувствовала, как камень на душе становится всё больше.

Подруга не заставила себя долго ждать, и уже через несколько минут рассказывала:

— В общем, дело плохо. В смысле того, что они знают, с кем ты. И отец Ромы знает.

— Это мы в курсе, — я включила громкую связь, чтобы и Рома слышал.

— Так вот, вчера, когда они узнали, с кем ты уехала, у папы твоего окончательно крышу снесло, как мама твоя сказала. Он поехал к Алиевым, угрожал им, что посадит Рому, если его папа не заставит вас вернуться. Ну, а дядя Андрей в долгу не остался и ответил, что он в курсе про вас, и что даже не станет вам мешать. Ну, понятное дело, просто на эмоции пытался вывести…

— Да, потому что Роме сказал, что убьёт его, когда тот вернётся, — тихо произнесла я, в ужасе представляя всю эту историю.

— Да, ребята…, — вздохнула Ольга. — В общем, твоя мама поняла, что ты со мной связалась, и просила тебе передать, чтобы ты поскорее вернулась. Она мне сказала, что после всего этого говорила с твоим папой, убедила его, вроде как, не поднимать шум и дать тебе шанс всё объяснить.

— И? — загорелась я надеждой, которая мигом растаяла, когда я поняла, что объяснять мне отцу нечего, иначе только хуже сделаю.

— Он согласился. Так что возвращайтесь, и я скоро подъеду, поддержу. При мне-то дядя Саша точно никого не убьёт, надеюсь.

— Спасибо. Но мы не в городе, даже не рядом….

— Ого. Были применены решительные действия к побегу, да? — пошутила она. — Тогда позвони мне, как будете рядом, хорошо?

— Хорошо, — вздохнула я, про себя решая, что не буду звонить. Не нужно Ольгу во всё это вмешивать, мы должны сами разобраться. Попрощавшись с подругой, я посмотрела в печальные карие глаза, в которых сейчас тоже читалась надежда. — Едем?

— Едем, — кивнул он.

ГЛАВА 13

Почему, когда едешь домой, дорога всегда кажется короче? Это я давно заметила, а сейчас, когда мы просто в одно мгновение оказались в нашем посёлке — только убедилась в этом. По дороге мы с Ромой практически не говорили, каждый думал о своём, но точно мы думали об одной ситуации. Да и смысл начинать разговор, когда у меня глаза на мокром месте? Да, Ольга, вроде как, дала нам обоим надежду, но… не могу я избавиться от ощущения, что больше никогда его не увижу! И ведь я же понимаю, что это невозможно, мы же живём совсем рядом, но…. Надеюсь, это просто страх, а не верное предчувствие. И я так и не придумала, что сказать отцу. Правду? Что влюбилась в сына его главного врага? Не говорить? Но как тогда всё объяснить? К тому же, папа точно уже давно сделал свои выводы, и они вряд ли верны.

— Что ты скажешь отцу? — поинтересовалась я у Ромы, когда мы уже подъезжали к моему дому.

— Правду. А ты?

— Тогда и я, — решительно выдохнула я.

— И будь, что будет? — грустно улыбнулся он, останавливая машину у ворот моего дома. Потом взял мою руку и крепко сжал ладошку. — Я не откажусь от тебя, Каролина.

Я сглотнула ком в горле, а из калитки вышла встревоженная и заплаканная мама. Мне тут же стало стыдно, что заставила её переживать, а она, увидев машину, выдохнула, понимая, кто приехал, но не двинулась к нам, давая возможность попрощаться.

— Я не откажусь от тебя, — повторила я за Ромой.

Потом нежно поцеловала его, радуясь, что окна в его машине тонированные, и поспешила выйти, боясь расплакаться и пытаясь отогнать от себя чувство, что больше никогда его не увижу. К тому же, если сейчас выйдет ещё и отец, то уж он точно вряд ли будет ждать и не вмешиваться в наше прощание, как мама. И вряд ли даст Роме просто уехать.

Мама бросилась меня обнимать, а я услышала, как отъезжает машина, и всё же разревелась.

— Девочка моя, — тоже плакала мама, прижимая меня к себе. — Как же я испугалась! Зачем?! Зачем вы это сделали?! Мы же тут с ума сходили!