— Спокойно! Еще не все потеряно! — собранно ответила Ванесса. — Если танец известный, то Элеонора вполне смогла бы его станцевать. Правда, Нори? Ты же изучала танцевальное направление в школе Магических Искусств. Я думаю, у тебя получится никак не хуже любой профессионалки в этой области, а может даже и лучше.

Я с ужасом смотрела на серьезные лица подруг и от шока не могла вымолвить и слова. В этот самый момент зеленые глаза Габи зажглись неугасимым огнем надежды, и это однозначно означало, что мое сопротивление бесполезно. Эта девушка всегда добивалась того, чего хотела, подчас идя к своей цели напролом. Но я не собиралась сдаваться без боя.

— Вы в своем уме?! — возмущенно воскликнула я. — Как вы себе это представляете? Маркиза Фарнас вот так возьмет и выйдет на сцену развлекательного столичного клуба, чтобы станцевать для высшего света. Да, меня потом ни в одном приличном доме не примут! О моей репутации вообще можно будет забыть. А уж если это дойдет до прессы, скандал будет на всю страну. Вы меня извините, но я этого делать не буду.

— Нори! — с энтузиазмом бросилась ко мне Габи. — Пожалуйста! Умоляю! Это ведь всего лишь танец. Ничего особенного. Зато сегодняшний вечер будет спасен.

— К тому же тебе совершенно не обязательно представляться гостям, — вставила свое веское слово благоразумная Аврора. — Ты можешь танцевать в маске. Никто не сможет доказать, что на сцене была именно ты. Да, такое даже в голову никому не приедет. А мы естественно никому ничего не скажем.

— И костюм тебе будет как раз в пору, — поддержала подруг Ванесса. — У вас с нанятой танцовщицей примерно одинаковая комплекция.

Я переводила ошарашенный взгляд с одной своей подруги на другую, но уже понимала, что они не отступят, и мне все-таки придется танцевать. Почувствовав мою нерешительность, а молчание восприняв за руководство к действиям, Габриэлла схватила меня за руку и поволокла за кулисы. Я только и успела свою маску надеть, выбегая из комнаты.

— А что хоть за танец? — обреченно уточнила я.

— Это должен был быть раджас, — бросила через плечо Габи, вогнав последний гвоздь в крышку гроба моей репутации.

— Что?! — завопила я, останавливаясь как вкопанная, так, что даже крепкая Габриэлла споткнулась и едва не упала. — Ты с ума сошла? Я не буду это танцевать! Это просто немыслимо!

— Да, что ты так суетишься? — подоспели к нам Аврора с Ванессой. — Ну, раджас, и что? Можно подумать, ты его танцевать не умеешь. Никто же ничего не узнает. Быстренько спляшешь, и шоу-программа будет спасена.

Девчонки подхватили меня под руки и устремились в костюмерную. При взгляде на наряд, в котором мне предстояло выйти на публику, меня чуть удар не хватил. Это был короткий топик, обтягивающий грудь, как вторая кожа, а так же невесомая струящаяся юбка с разрезами до середины бедра по бокам. К одежде прилагались многочисленные браслеты, а так же пояс со звенящими монетками. Волосы танцовщицы должны были быть распущенными.

Быстро затолкав меня в это нечто, подруги распустили мои ниспадающие ниже пояса волосы и оставили в таком виде, ждать за кулисами моего выхода.

— Габи, пусть везде погасят свет после объявления моего номера, — только и успела сказать я, а девчонок уже и след простыл.

Пока я в нервном ознобе дрожала перед выходом на сцену, в уме всплывало все, что я знала об этом специфическом направлении танцевального искусства. Раджас был исконным танцем женщин пустынь, которые занимали центральные территории нашего материка. Его обычно танцевали перед важными гостями или перед местным правителем — тархаром. Это был очень чувственный и страстный танец. Занимаясь по курсу танцевального искусства дополнительно в школе Магических искусств, я овладела и этим направлением тоже. Моя наставница всегда поражалась тому, как легко мне давались различные виды танцев и их комбинации. Сама она страстно любила раджас за ту искру огня, которая всегда сопутствовала этому танцу, и обучила ему и меня, хотя в учебную программу он не входил. И вот теперь мне предстояло исполнить этот шедевр перед всей высшей знатью. Хуже даже вообразить сложно!

На сцену вышел конферансье и объявил выход танцовщицы. В зале погас свет, и я, вдохнув поглубже, устремилась вперед, как в омут с головой. Быстро метнув по периметру сцены магические огоньки так, чтобы они озаряли меня со спины, и зрителям были видны лишь очертания моей фигуры, а не внешность, хоть и скрытая маской, я замерла в ожидании музыки. И она тут же полилась на сцену, оглашая все вокруг громким ритмичным боем барабанов.

Устремившись по узкому коридору от сцены к костюмерной, я вдруг услышала голос, искаженный маской, но однозначно принадлежащий мужчине:

— И что это за прелесть такая тут у нас? Впервые встречаю столь умелую танцовщицу.

Сердце ухнуло куда-то внизу и тут же подскочило обратно, забившись пойманной птицей где-то в районе горла, и встав там комом, не давало вымолвить и слова. Передо мной стоял Двэйн Паринс, мой бывший жених собственной подвыпившей персоной. Только он пользовался этой туалетной водой, которую заказывал в одном и том же месте, поскольку на все остальные ароматы у него была стойкая аллергия. Смесь мускуса и гвоздики, терпкий, пряный, будоражащий аромат ударил в ноздри, вызывая позабытый приступ омерзения от осознания близости этого человека.