— Не-е-е, там отдельная история. Это влияние их инквизиции. Красивых всех католики считали ведьмами и сжигали, вот и повелось: приходит инквизитор в деревню, спрашивает, есть красавицы? А ему отвечают, нет, уроды все. Так и перевернулось с ног на голову. Урода, значит, красавица. А так, в Польше с красивыми женщинами все в порядке. Недаром ведь тоже славянки. Хоть и разбавлены кровью с неметчины.

— Ну-ну, и давно ты в антропологи записался?

— Пока не записался, но я подумываю продолжить образование в местном университете. Как думаешь, история искусств нормальный факультет?

— Какая история? Каких искусств? Ты знаешь, сколько в Варшавском университете обучение стоит?!?

— Нет. Сколько?

— Много. Явно, тех денег, что я тебе дала, не хватит. Сколько у тебя, кстати, осталось?

— Практически не осталось.

— Вот видишь! А ты, универ-универ! Еще и в стриптиз стал ходить, когда есть другие варианты, — она подалась вперед и, прижавшись своей упругой грудью к моему предплечью, подхватила меня под локоть. — Есть хочешь? Пойдем, посидим, покормлю тебя. Эх, что не сделаешь ради симпатичного тебе молодого человека!

Сели здесь же на площади под зонтиком уличной кафешки. Я заказал себе неизменный чиз-кейк с капучино, Марго ограничилась эспрессо с парой шариков фисташкового мороженного.

— Как живешь, как твой проект? — она эротично слизнула с ложечки мороженое.

— Все хорошо. Есть небольшие сложности, но в целом все решаемо. Только надо оправки тщательно отполировать. Еще, скорее всего, съеду с той фабрики.

— Что, не хватает на аренду? Ярик, ты бы не мучался ерундой. Россия — страна возможностей, возвращаться тебе надо. Уверена, там пойдет все, как по маслу!

— Нет! Пока Романовы не извинятся за произвол, никуда не поеду, — я насупился, хотя внутри веселился, как мог. Возможности, по маслу! Знаем мы это масло — раздвигай ноги и сам смажь себе все отверстия вазелином, чтобы власть предержащим удобней было. Нет уж, пока силу не наберу, чтобы говорить на равных, не вернусь!

— Ну, смотри. Мне скоро надо будет возвращаться, рассчитываю, что ты вернешь мне деньги. Ты же не обманешь доверившуюся тебе женщину?

— Да без проблем, скажи, когда будет нужна сумма, я верну.

— А если не получится?

— Если не получится долг отдать, вернусь с тобой в Россию в качестве залога. Так устраивает?

— Более чем! Ну, что, пошли? Хочу еще прогуляться.

Она расплатилась, и мы чинно пошли в сторону набережной. Марго все больше прижималась своей грудью к моему предплечью, намекая, что не прочь, и болтала о всяких глупостях. Я улыбался и стойко выполнял миссию по выгуливанию. Около лестницы к набережной, с которой открывался шикарный вид на Вислу, неожиданно сзади раздался знакомый голос.

— Ярослав, привет!

Я медленно обернулся, и наткнулся на пронзительный взгляд синих глаз. О, не-е-ет, мне её сегодня ещё не хватало для полного счастья!

— Привет, Маша! — передо мной, напряженно улыбаясь, стояла княжна Юсупова собственной персоной. Одета в простые, но фирменные вещи: белые кроссовки, голубые короткие шорты с выглядывающими из под них карманами и подчеркивающая ее двоечку белая обтягивающая майка со стразами.

— Кто это? — подозрительно прищурилась Марго, определив в девушке с яркой внешностью соперницу. Хоть соцзащита и была одета более вызывающе, и в целом выглядела сексапильнее, но сравнение было не в ее пользу — Маша брала верх своей красотой и молодостью.

— Это? Знакомься, это Мари Юсупова, наследница клана Юсуповых, — на этих словах Марго выпучила глаза. Не ожидала здесь запросто увидеть одну из небожительниц.

— Бывшая. Теперь Ирина официальная наследница клана, — ответила Маша, по-прежнему сверля меня взглядом.

— О, Ваше Сиятельство, — поклонилась Марго, — извините, я вас сразу не узнала.

Соцзащита стушевалась и как-то сразу сдулась, растеряв весь свой апломб.

— Ничего страшного, вас мне не представляли. Вы уже закончили? Я хочу украсть вашего спутника, — Маша коротко глянула на женщину и опять стала рассматривать мое лицо, отслеживая малейшие эмоции, я же в ответ натянул маску похер-фэйса. Мне еще в той жизни говорили, что я слишком хорошо умею контролировать свои эмоции, из-за чего со мной сложно вести переговоры — непонятно о чем я на самом деле думаю.

— Маша, а ты мое мнение не забыла спросить? Подошла, влезла в разговор, хочу украсть… А хочу ли я с тобой общаться? В последнюю нашу встречу ты ясно дала понять, что относишься ко мне, как к черни.

— Извини, я была неправа. Из-за моей несдержанности я уже пострадала — стала второй наследницей.

— Мне-то какое дело до твоих проблем? Твоей жилеткой я быть не собираюсь.

— Мне с тобой очень надо поговорить. Пожалуйста!

Я вопросительно посмотрел на Марго. Так-то, в принципе, я уже хотел закругляться — выгуливать соцзащиту до позднего вечера, а тем более переводить наши отношения в горизонтальную плоскость я не собирался. Та же, в свою очередь, была явно не в своей тарелке. Романтический настрой был сбит, и она чувствовала себя неуютно в столь откровенном наряде под насмешливым взглядом молодой княжны. Все-таки, в этом мире над простаками довлеет эта иерархия социальных сословий, и простаку до князей, как до столицы Паназиатской империи раком.