– Мне что ментов вызвать? Покоя нет от алкашни. Что ты ломишься? Что стучишь?

Открылась ещё одна дверь и женский голос перекрывая мужской прозвенел:

– Только ребёнка уложила, а тут. Сколько можно, я вызываю наряд. Достали уже эти пьяницы.

Дядя Серёжа пробормотал:

– Я к Нинке пришёл.

– Нету твоей Нинки, умотала куда-то. Я в окно видела. Думала спокойно день проведём. А тут ты, урод, ломишься.

– Дак, я это, часы забыл. Думал дочка её дома.

– Никого нет, пошёл отсюда, пока с лестницы не спустил.

Двери соседей закрылись. Алиса прислушалась к затихающим шагам и облегчённо вздохнула. Ушёл. Поставила чайник, попила чай с засохшей баранкой. Послушала радио, какую-то песню. Телевизор мать давно пропила, а радио берегла, сама любила песни слушать и подпевать. Вспомнила, что дядька про часы говорил. Поискала их на кухне, в мамкиной комнате, но не нашла. Странно как-то всё это. Тревожное чувство закралось и дрожью пробежала по телу. Алиса накинула куртку, схватила пакеты с мусором и потихоньку приоткрыла дверь. В коридоре никого не было. Стараясь не греметь бутылками, она прокралась к выходу, выглянула из подъезда на улицу. Никого, только две бабки сидели на лавочке. Прижимаясь к дому, скрытая кустами, Алиса дошла до мусорки и размахнувшись забросила пакеты в контейнер. Звон разбитого стекла вспугнул стайку сидевших на тополе воробьёв. Они с шумом взлетели и сделав круг поднялись в небо, скрылись за крышей дома. Алиса, задрав голову смотрела им вслед, потом тем же путём пошла домой, но не дойдя до угла дома, услышала голос матери и ещё чей-то недовольный. На цыпочках подкралась и выглянула. Мать шла домой с тем же мужиком и с противным дядей Серёжей. Он зло смотрел на мать и что-то тихо ей выговаривал, крепко сжимая ей локоть. Мать пытаясь вырваться оправдывалась перед ним. Алиса прислушивалась, но шум проезжающих машин, детские крики с площадки заглушали их разговор. Вот они зашли в подъезд, и Алиса, вспомнив про открытые форточки, побежала к окнам на их кухни. Прижалась спиной к стене под самым окном она вся обратилась в слух. Открылась входная дверь.

– Алиска, ты где, паршивка? Нету что ли или спать завалилась? Я говорила тебе, что она дома должна быть. Алиска, сучка, спряталась что ли? – мать прошла по всей квартире, заглянула в ванну, – Правда нет. Ну не виноватая я, Серёжа, что она сбежала.

– Ты мне обещала, я и так уже сколько жду, – тихий гневный голос был хорошо слышан Алисе, – Я тебе, в натуре, сколько денег за неё уже дал, а? Или возвращай деньги, или давай мне её.

– Где я тебе деньги возьму? Сам знаешь, нету. Да послушай, ну куда она денется то, всё равно придёт домой и я запру её. Не отвертится, большая уже, пора отрабатывать жрачку.

– Слушай, Нинка, я тебе ещё заплачу, сколько скажешь, – голос дядьки лился в уши матери, – Но сначала понимаешь, сначала надо пробу снять. Это как с арбуза, вкусный, нет ли.

– Это я понимаю, – хохотнула грубо мать.

Предательство матери поразило Алису. Мать, её мать, продала её, свою дочь, этому вонючему мужику. Слёзы покатились по щекам, и она бросилась бежать. Бежать подальше от подлой матери, подальше от своего дома. Обида и злость душили её. Не видя ничего она бежала по парку.

Кто-то преградил дорогу и схватил её. Алиса забилась в чьи-то цепких, сильных руках, закричала.

– Эй, потише, куда так несёшься? – знакомый голос заставил замолчать и взглянуть на крепко державшего её мужчину.

– Сэм, Сэм, – всхлипывая пробормотала Алиса и вдруг уткнувшись ему в грудь разревелась с новой силой.

Они сидела в беседке уже два часа. Алиса рассказала ему всю свою жизнь, все свои обиды и страхи. Он был первым человеком кому она открылась, доверилась. Он не смотрел на неё, сидел упёршись локтями в колени, положив голову на сжатые в кулаки руки. Сэм смотрел в угол беседки. Глаза его странно поблёскивали, и гримаса похожая на улыбку кривила полные губы.

– Значит, твоя мать решила тебя продать, – произнёс он задумчиво, достал носовой платок и утёр ей глаза, – А ты значит не хочешь спать с этим уродом?

– Нет конечно! – запротестовала Алиса, – Я что, дура что ли спать с мужиками!

– Так ты ни с кем ещё? – его глаза пытливо смотрели на неё.

От возмущения, не найдя слов чтобы ответить, она энергично замотала головой.

– Ну тогда мы сейчас в одну игру сыграем, пойдём, покажешь мне этого мужика.

Они подошли к её дому, Алиса поставила ящик к стене под окном кухни и заглянула в освещённое окно.

– Там он и ещё какие-то припёрлись. Достали уже пить.

– Стой тут, я скоро. – Сэм завернул за угол дома.

Прошло минут пять прежде чем он появился.

– Слушай, – и показал рукой на окно.

Громкая трель звонка. Крик матери, что открыто, заходите. Звонкий мальчишечий голос:

– Дядя Серёжа, ваша квартира горит. Давай те быстрее, там пожарники выбили окна и заливают всё.

Сдерживая смех Сэм вслушивался в сочувствующие возгласы собутыльников и маты шокированного дяди Серёжи. Алиса вопросительно посмотрела на Сэма.

– Пацана попросил разыграть его. Ты тут посиди немного и можешь спокойно идти домой. Он сегодня не вернётся. Не бойся, – он потрепал её по голове, взъерошив короткие белые волосы и ушёл.

Дядя Серёжа больше не появился. Он вообще куда-то исчез. Мать даже не знала где он живёт и не могла вспомнить кто его к ним привёл.

Конец ознакомительного фрагмента.