Ксюша вздохнула и перевернулась на спину, оставаясь и дальше в царстве Морфея. Даниил жадно рассматривал её красивое тело: упругая двоечка, скрытая кружевами, плоский живот, округлые бёдра. С трудом отвёл взгляд. Она ворвалась в его размеренную жизнь, в его квартиру, даже в его кровать. Как это получилось? В висках шумело, дыхание сбилось, как после долгой пробежки. Он хотел наплевать на собственные запреты, разбудить Ксюшу поцелуем, избавить от остатков одежды и изучать её тело губами, руками, языком. Они бы весь день не вылазили из постели, уж это Даниил знал точно.

Он тихо рассмеялся. Вчера Ксюша застала его без рубашки и пронзала завороженным взглядом. Сегодня он попался на тот же крючок. Разглядывал её так, будто никогда до этого не видел женское тело. Воздержание до добра не доводит. Когда он последний раз был с девушкой? Кажется, больше года прошло.

Но он хотел только Ксюшу, рыжую смешную девушку с пронзительно-зелёными глазами. Даниилу нравился её заразительный смех, напоминающий журчание весеннего ручья. Её робкие прикосновения возбуждали сильнее самых порочных ласк, а поцелуи опьяняли похлеще шотландского скотча. Вчера он еле сдержался, нельзя, чтобы такое вновь повторилось.

В гостиной зазвонил телефон, раздался тихий голос Аси. Даниил чертыхнулся, вскочил с кровати, надел джинсы и синюю футболку и открыл жалюзи. Игривые лучики солнца упали на рыжие локоны Ксюши.

Будить её совсем не хотелось, но пора бы вернуться к своей удивительно скучной жизни. Погуляли – и хватит. Ему ещё проект доделывать.

Даниил сел рядом с Ксюшей, убрал с её лица запутанную прядь волос и поцеловал в плечо. Она скорчила забавную гримасу, означающую только одно – отстаньте от меня, сволочи, дайте спокойно поспать. Улыбаясь, он дотронулся пальцами до её щеки и тихо сказал:

– Вставай, соня.

Ксюша сладко потянулась, зевнула и приоткрыла глаза, защищаясь ладонью от яркого дневного света. Её спящий взгляд постепенно обретал проблески сознания, на губах заиграла смущённая улыбка. Даниила затопила волна непривычной нежности. Ксюша была такой милой, домашней и красивой в момент пробуждения, её хотелось целовать и обнимать, пить с ней кофе, разговаривать о каких-то мелочах, смотреть глупые комедии под одним одеялом. И всегда просыпаться вместе, чтобы видеть этот счастливый блеск в её глазах.

О чём он вообще думает? Вот так просто – забить на свои принципы, на преграды, выстраиваемые в течение года? Махнуть рукой на потерю друга, на собственную одичалость и просто наслаждаться ванильными посиделками с Ксюшей? Но эйфория рано или поздно спадёт, и что тогда? А тогда грянет разочарование – она поймёт, что саркастичный преподаватель не такой уж и замечательный: весь в работе, друзей нет, с родителями почти не общается, потому что мать обвиняет его в том, что случилось с Романом, а отчим держит нейтралитет.

И зачем ей, молодой студентке, вечно занятой, побитый жизнью мужчина? На одних чувствах далеко не уедешь.

– О чём ты задумался? – Ксюша тёрла заспанные глаза кулачками и мило жмурилась.

Но расстаться с ней он уже не мог. И впустить в своё сердце боялся. Замкнутый круг.

– Вам с Асей скоро надо уходить. У меня много работы накопилось, – прохладно ответил Даниил.

Ксюша удивилась, в её глазах мелькнула обида, но он поспешно поднялся с кровати и вышел в коридор. Скрылся в ванной, включил воду в душе и долго стоял под упругими струями воды, обдумывая дальнейшие действия. Нельзя спешить. Никаких больше поцелуев и ночёвок в одной квартире. Они будут переписываться в телеграме, видеться на парах, возможно, пару раз сходят в кино или на концерт.

И за это время он должен понять, что изменить в своей жизни. Давно пора вылезти из берлоги: созвониться со старыми друзьями, нормально поговорить с родителями, решить вопрос с работой. Даниил мрачно усмехнулся: даже в мыслях он запрещал себе думать о брате.

После охлаждающего душа он пришёл на кухню. Ася разливала горячий кофе, а Ксюша сооружала бутерброды из колбасы и сыра. Так, откуда в холодильнике появилась еда?

– Я в магазин сбегала, пока вы спали, – Ася ответила на его немой вопрос. – Есть ещё творог и фрукты, будете?

– Нет, спасибо, бутеры тоже норм. Вспомню студенческие времена, – хмыкнул Даниил. На первом и втором курсе он часто завтракал бутербродами с дешёвой колбасой, на сыр денег не хватало.

– Как спалось? – спросила Ася. – Я вчера устала сильно, видимо, не в ту комнату попала. Вы уж извините.

Ага, сказала таким тоном, будто Даниил её благодарить должен. Перевёл взгляд на Ксюшу: смущённая, раскрасневшаяся, старательно прячет глаза, движения суетливые, на грани истерики. Обиделась.