Шрифт:
Как-то раз с утра зарядил дождь. Мигель промок насквозь, но со свалки не уходил.
Вдруг он почувствовал, что за спиной у него кто-то есть, и в панике обернулся. После того случая с ножом никто, кроме членов семьи, не решался подходить к нему близко.
Перед Мигелем стояла собака. Она не сводила с него глаз.
Дворняга с короткой шерстью. Веса в ней было примерно как в Мигеле. Такая же худая.
Взгляд ее был полон любопытства.
– У меня ничего нет. Самому жрать нечего, – сказал Мигель. – Иди отсюда.
Собака повиляла хвостом.
Мигель сел спиной к собаке и вернулся к своему занятию. В последние дни ни родители, ни сестра не могли добыть ничего стоящего из съестного. Чувство голода становилось непереносимым. Он должен найти хоть что-то, чтобы продать и выручить какие-то деньги.
Но собака не ушла. Она все так же смотрела на ковырявшего кучу Мигеля, не подходя ближе, но и не отдаляясь.
– Ну чего тебе?
Мигель остановил раскопки. Невозможно сосредоточиться, когда на тебя кто-то пялится.
– Что тебе от меня надо, а?
Собака приблизилась на пару шагов, и Мигель принял оборонительную позу. Он много раз слышал, что бездомные собаки нападают на детей.
Но эта собака вроде не собиралась на него нападать. Приближалась медленно, но с весьма уверенным видом. Потом стала обнюхивать место, где копался Мигель.
– Нет у меня ничего тебе поесть, – сказал Мигель, думая, что собака так же голодна, как и он.
А она тем временем начала ловко раскапывать кучу передними лапами. Будто, глядя на мальчика, запомнила, как это надо делать.
– Помочь мне хочешь?
При виде этой картины у Мигеля вдруг потеплело на душе.
Собака увлеченно рылась в мусоре.
– Ладно. Давай вместе.
Мигель возобновил работу. Но, как они ни старались, ничего стоящего не попадалось. И все равно мальчик не бросал своего занятия. Копал и копал, будто наперегонки с собакой.
Ковыряться в мусоре вместе с собакой было гораздо веселее, хотя это ничем не отличалось от того, что он делал каждый день.
3
Мигель решил прогуляться с Тамоном вокруг торгового центра. Пес сделал все свои дела и снова пошел рядом с человеком, подстраиваясь под его шаги. Поводок не натягивался и не провисал.
Минут через двадцать Тамон повернул в обратную сторону. Послышались голоса детей, идущих в школу.
– Ты что, детей любишь? – спросил Мигель.
Тамон смотрел вперед.
– Там, на юге, ребенок, которого ты ищешь?
Тамон никак не отреагировал на вопрос Мигеля. Тот пожал плечами, на ходу достал смартфон, набрал чей-то номер.
– Что с Рикки и Хосе? Не знаешь?
С того конца без всяких предисловий послышалось:
– Оба кончились. Тебя не только Такахаси, но и полиция ищет.
– Так, да? Там еще японец был, водитель. Он-то живой?
Раз по его следу идет полиция, значит, кто-то ей рассказал о Мигеле. Если Рикки и Хосе мертвы, никто, кроме того японца, этого сделать не мог.
– Когда его нашли, он был еще жив, но вроде умер в больнице.
– Вон оно как…
– Скорее всего, он о тебе полиции и сообщил.
– Понял. До связи.
Разговор окончился. Поправляя на голове бейсболку, Мигель надвинул ее на глаза. Полиция его ищет, поэтому не следует всем без разбора показывать свое лицо.
– Я так и думал, что он умер.
Тамон поднял голову, их глаза встретились. Лицо Мигеля отражалось в черных, казавшихся бездонными зрачках собаки.
– Ты знал… – пробормотал Мигель.
У собак особое чутье, которого нет у людей. Благодаря ему они много чего знают.
– Получается, теперь я – твоя семья.
Услышав эти слова, Тамон двинулся дальше.
Мигель почесал голову – пес будто говорил ему: разве я могу быть в одной семье с грабителем.
На встречной полосе показалась патрульная машина. Мигель с силой стиснул руками руль.
Его разыскивала полиция Мияги, префектуральная полиция Фукусимы здесь не при делах.
Мигель успокаивал себя, но тревога не уходила. А вдруг они к нему привяжутся и проверят чемоданчик на заднем сиденье? Тогда всему конец.