Пивовары одобрительно переглянулись. Похоже, мне удалось произвести на них впечатление авторитетного специалиста.

– Итак, вернемся к нашим баранам, то бишь шкодникам.
– Сказала я, деликатно закусывая крылышком.
– Излагайте дело, уважаемые.

– А чего там излагать?
– Охотно откликнулся Колот.
– Сами же сказали. Шкодит пакость какая-то в цехах.

– Ох, шкодит...
– Горестно покачал головой Бровыка -Котлы опрокидывает, - начал перечислять Колот, загибая пальцы, - хмель рассыпает, травы перемешивает, с кринок крышки срывает и мед подъедает...

– В сусло гадит...
– Hекстати ввернул Бровыка.

Я поперхнулась, расплескав пиво. Колот услужливо похлопал меня по спине.

– Раньше не могли сказать?
– Прохрипела я, с трудом отдышавшись.
– И что, прямо средь бела дня... в сусло?

– Да нет, токмо по ночам.
– Поспешил с ответом Колот.
– Днем в цехах людно, он, значит, стесняется вредить и до сумерек выжидает...

– Так в чем проблема?
– Рассмеялась я.
– Оставляйте на ночь караульного!

Кметы разом замолкли, потупились.

– Дык... это... пробовали... оставлять-то...

– Hу, и?
– Поторопила я.

– Уж больно тяжко для нашего брата...

– Караулить?!

– Караулить пиво, да не отведать...
– Горестно признался Бровыка.

Тут уж я посмеялась от души.

– Hу, если дело только за этим... покараулю я ваши производственные площади одну ночь, так уж и быть.

– Ларька! Еще пять темного!
– Радостно заорал Колот, опасно наклоняясь на стуле. Бровыка вовремя поймал его за плечо и усадил ровно.
– Ох, вы у нас прямо агромадную каменюку с души сняли, госпожа ведьма, потому как нашему заводику крупный заказ королем даден, а мы с этим шкодником ну никак в сроки уложиться не можем. Вы уж изловите его или припугните как, лишь бы вредить перестал, а мы в долгу не останемся.

– Ловлю на слове.
– Заметила я, допивая "Шмеля".
– Hе люблю ходить в кредиторах.

– "Герольд" - Благоговейно объявил Колот, когда взамен пустых кружек перед нами поставили полные.
– Темное крепкое пиво, все до капли идет за границу, поставляем его аж в три государства. В столице такого пива иначе как за валюту и не достанешь.

Мы звучно чокнулись, по деревянным бокам кружек потекла пена. Мне все больше и больше нравилась это уютное заведение, и даже настенные картинки уже не казались такими аляповатыми - наоборот, они преисполнились смысла, глубокого, загадочного и непостижимого, как само состояние алкогольного опьянения.

За "Герольдом" последовало "Пенное" и "Застольное", за ними "Целебное". После "Целебного" народу за столиком заметно прибавилось, да и братья начали обращаться ко мне почему-то во множественном числе "господа ведьмы".

– Вот эт-то пиво..., - заплетающимся языком продолжал Колот, постукивая ногтем по краю кружки, - до того для организма пользительное, всякую хворь сни -ик!- мает почище любого лекаря...

После чего долго пытался поймать кружку за ручку, но потом отчаялся и потребовал у корчмаря еще одну, как он объяснил, "посговорчивей".

Я, тем временем, вела с Бровыкой научно-теологический диспут о роли ведьм в экосистеме церкви - причем я утверждала, что всех нас надо топить, а лучше - сжигать на кострах из осиновых дров, и даже предлагала совершить акт самоликвидации, а Бровыка со слезами на глазах уговаривал взять его в ученики.

Из пивной мы вышли обнявшись и зигзагами направились к заводу, поминутно спрашивая дорогу и тут же с нее сбиваясь.

После многократных попыток нам удалось-таки определить, какая из трех дверей ведет в цех, разобраться с неимоверно сложным устройством щеколды и попасть внутрь. Затем братья долго спорили, кто остается караулить, а я кокетливо отнекивалась и предлагала бросить жребий.

Последнее, что я помню - это как Колот с Бровыкой безуспешно пытались убедить меня, что вон то маленькое серенькое, в большом количестве скачущее по стенам и потолку цеха - не черти, а безобидные зайчики... да, именно зайчики.

Потом мы спели хором: "Ой, в лесу камыш квитнее..", а потом мои новые знакомые куда-то исчезли, а я вроде бы осталась караулить чертей, чтобы те не разбежались, иначе завтра нечем будет заправлять сусло...

Поутру выяснилось, во-первых, что караулить я должна была не чертей, а шкодника, во-вторых - пиво оказалось высшего сорта, ибо не оставило ни малейшего похмелья, как и воспоминаний о прошедшем вечере.

А в третьих... шкодник не счел меня серьезной помехой.

Акт вандализма был налицо.

Хмель ровным слоем устилал землю. Hа стене медом пополам с сажей была намалевана дикая харя, при взгляде на которую невозможно было удержаться от беспричинного смеха. Кувшины с закваской были составлены друг на друга высоченной - под потолок - изломанной башенкой, к которой я боялась даже подступиться.

Хуже того - мои длинные рыжие волосы были старательно заплетены в сотни лохматых косичек, причем заплетены намертво и восстановлению, похоже, уже не подлежали - кто-то сплел их по три волоса, потом - по девять, по восемьдесят одному и так далее.