Шрифт:
Взрываются молнии, падают брызги,
Прощается солнце в каждый мой день…
Когда-то недавно забыл, что такое
Нежный, спокойный, радостный день.
Теперь в вечной ночи так тяжко мотает,
И не кончается изо дня в день.
Беспомощность
Моя беспомощность в судорогах боли,
Кричащих, гремящих на всю пустоту.
Она в тех угрозах и дикой неволе,
Что так заломала мне руки в беду.
Моя беспомощность в извинениях частых.
В слезах по ночам, и в той темноте,
В которой повсюду грохочут осколки,
Ломают тебя в твоей же семье.
Я так же беспомощен, как кусок шерсти.
Со мной что угодно можно слепить.
Можно помять, растащить на осколки,
С лёгкостью над свечой подпалить.
Меня так легко задавить и угрозой,
Словом хоть каждым можно сломать.
Главное, чт'oбы им было удобно.
А я уж могу и ночью не спать.
Беспомощность как в конуре зажимает,
Нельзя и вздохнуть в полную грудь.
Она так легко и так быстро ломает..
Неужто нельзя мне совсем отдохнуть?
Чувства
Местами страшно и где-то тревожно
Тревожно давно ли? Не помню уже.
Вроде давно, ведь я также не помню
Когда тишина была на душе.
Внутри комочек тугой зажимает:
«Что ж будет дальше? А будет вообще?
Кажется, с тобою совсем нет и шанса,
Чтоб не шагнуть вперёд в пустоте»
Страшно и больно, и непонятно,
Зачем же так делать дико со мной.
Близкие давят, кричат и дивятся,
Как не могу обрести я покой.
Морально убить, задавить, уничтожить!
Это так нужно? Кому-то и да.
Чтобы сжимался ты в тесной пустыне,
Где только крючок, петля, провода.
Проблемы со мною! Кто здесь виновен?
Если уж так везде – значит я.
Никчёмный и резкий, странный безумец,
Как говорила мама – свинья.
Слёзы в подушку, блокнот под кроватью,
Странные песни, тупой голосок,
Отсутствие выхода, тупик и отчаянье,
Кажется, я ничего и не смог.
Грустная зависть, пустая свобода!
Средь серых высоток один иду я.
Ну как же, что рядом?
Конец ознакомительного фрагмента.