Проехал троллейбус, заглушив на время пение ребят, которые тут же чему-то рассмеялись и загомонили. Алиса подошла ближе к магазину. Иной раз громкий транспорт действовал на нервы. «Которые и так ни к чёрту», — грустно подумала она.

Новая мысль поразила до глубины души: «А ведь Валя была права, когда убеждала меня… Я своим терпением приучаю или уже приучила маму и брата к безделью! Как и своих на работе… Вот ничего себе… Значит, пока сама не изменишься, нечего и думать об изменениях в жизни?»

Пошла по дороге вдоль магазина, загляделась на мелькающие огни транспорта и наконец всё продумала. Целый план.

До конца второй недели закончить отчёты, чтобы потом лихом не поминали, и положить на стол начальства заявление об уходе. Благо её специальность востребована, за то же время найти новую работу, съёмное жильё. И исчезнуть из семьи, которая села ей на шею. Платить — только за квартиру. Это ей легко — через интернет-то. Не найдут, если что.

«Всё очень просто, — удивилась она. — Почему же раньше об этом не задумалась? И только представить — собственная комната будет! Нет, квартира — деньги-то свои будут, даже нынешних хватило бы… Обалдеть. Квартира, хоть и не своя. Это тебе не кушетка, до которой надо ночью добираться… Глядишь, меньше буду думать о матери и брате — найду любовь всей жизни… Или она меня найдёт… — Засмеялась вдруг: — Не, квартира — это мелко! Вот загородный дом — это… Если только сумею переломить своих. — И усмехнулась, вспомнив где-то прочитанное: — Инерция мышления дома удерживала?»

Что — что, а читать она любила. Так что первым делом решила: как только сумеет найти съёмное жильё, перевезёт в него самые любимые книги — фантастику и детективы. А пока… Она уставилась на подъехавший троллейбус… А пока надо будет попросить подружку Валю, чтобы та временно приняла личную библиотеку, поскольку до «дня Икс» Алиса собиралась втихомолку перетаскивать книги к ней. Сбежав — увы, без скандалов не вернёшься за книгами. А так — легко: уносишь каждый день по несколько штук — ни мать, ни брат не заметят. Не читают же.

Так что, вернувшись домой с твёрдым решением изменить судьбу свою и своих близких, Алиса более или менее спокойно восприняла вопли матери. Та обозлилась на неё, что не стала вместе с нею воевать с балбесом Витьком. Брат ведь сейчас помалкивал за дверью, скорей всего вновь погружённый в свою «игрушку», отгородившись от всего мира теми самыми крутыми наушниками.

Последний сериал матери заканчивался ближе к полуночи. Алиса успела выполнить свою работу и тут же переслать по известному ей адресу, на который задумчиво посмотрела, переживая только одно: неужели в скором времени она вернётся к работе, которую надо будет делать только за себя?

Звук телевизора пропал. Мать вышла из комнаты, негодующе зыркнула на дочь и, «прошвырнувшись» в туалет и ванную комнату, закрылась у себя спать. Там же стояла и кушетка для Алисы, из-за чего дочь должна была входить в тёмную комнату и красться по стеночке. И не дай бог разбудить нервную родительницу! До двух часов ночи злобное ворчание будет обеспечено.

…Утром Алиса поднялась раньше обычного. Послушала, как сопит мать, и осторожно сняла с полки первые три книги. Сумка у неё не сумочка, но дамская, для взрослых тётенек, знающих себе цену. Если положить в неё три книги — никто не заметит, чем она наполнена. А вечером надо будет улучить момент и сразу положить в сумку ещё пару-тройку романов, чтобы утром не опасаться, как бы не увидели.

На кухне маялся Витёк. Он то подходил к холодильнику и раскрывал дверцу, то спешил к плите, на которой стояли кастрюли, и грохал крышками…

— Есть хочу, — жалобно сказал брат при виде старшей сестры. — А в холодильнике почему-то ничего нет. И в кастрюлях тоже. А я ведь помню, что на первой полке сырки были, а в морозилке сардельки лежали. Я сейчас даже на суп согласен, а его тоже нет!

— Поставлю кашу — сумеешь доварить, если я скажу, сколько её надо кипятить? — предложила Алиса, сразу догадавшаяся, куда делись сардельки: мать спрятала.

— Фу-у… Кашу!..

Алиса хотела было ответить: «Увы. Всё остальное «слопал» ты, купив наушники!» Но в мозгах застряло, что так могла бы ответить мать. А походить на неё… Алису даже передёрнуло от ужаса. Поэтому она собралась с силами, чтобы тоже не начать орать на легкомысленного братца, и терпеливо сказала:

— Я тебе самую сытную поставлю — рисовую. Ты её наложишь в тарелку и добавишь кетчупа и сметаны. Сметана-то у нас осталась? И будет очень вкусно. Помнишь ты однажды с моей тарелки почти всё съел? Это как раз и была рисовая каша с кетчупом.

— А, если это, то давай, — одобрил Витёк и только сделал движение повернуться, как Алиса поймала его за рукав рубахи.

— Стоять!

— Ты чё?

— Ничё! — передразнила его Алиса. — Только помнишь, как у нас было с отцом?

Он сразу нахохлился и стал смотреть исподлобья.

— И что было?

— Он ушёл от нас в другую семью слишком неожиданно.

— И что?

— Прости, Витёк. Я подумала, а вдруг и меня рядом не будет? И решила: тебе надо знать, как варить хотя бы кашу. Иди сюда. Сам сделаешь. Всё очень просто. Итак…