– Какие там блуждающие огни! Ведь мы от испуга себя не помнили!..

Бобо свешивается с высокого облучка.

– Папа, небось вы со страху полные штаны наложили?

– А ты, дорогой мой, веди себя прилично, не то...

Дедушка поднимает руку и кричит:

– Эй, Мадонна!

Извозчик оборачивается.

– Стой! Тпру!

– Что случилось?
– спрашивает Амедео.

Лео уже привстал. За него отвечает Миранда:

– Лео хочет сойти. Ему надо.

Лео слезает. За ним дедушка.

– Пойду и я отолью.

Дядюшка Лео переходит на другую сторону дороги. Озирается, выбирая укромное местечко. Старик тоже сходит с дороги и останавливается у края оврага в нескольких шагах от сына.

Амедео тем временем беседует с извозчиком.

– Славная у тебя лошадка, право, славная. Сколько ей?

Мадонна знает про свою лошадь все, что можно знать о лошади, и готов говорить о ней часами.

– Три года и два месяца. У нее один только недостаток: не выносит паровозного гудка. А мне, черт подери, приходится целыми днями торчать у вокзала, чтоб поймать седока. Что тут поделаешь? Каждый раз, как загудит поезд, кидаюсь к ней и держу под уздцы!

Дедушка трогает Лео за плечо, чтоб вернуться к пролетке, но вдруг замечает, что сын обмочился.

– Лео!
– В голосе его одновременно изумление и укоризна.

Лео оборачивается. На лице у него улыбка.

– Готово!

Сидящие в пролетке тоже видят, что произошло. Однако Бобо все же считает своим долгом объявить об этом во всеуслышание:

– Папа, дядюшка Лео напрудил в штаны!

Дедушка подходит к пролетке и, усаживаясь, говорит:

– Он забыл расстегнуть брюки...

– Ничего, - отзывается Миранда.
– Мы попросим нашего арендатора одолжить ему пару брюк.

Синьор Амедео сквозь зубы изрыгает проклятие или скорее горькую жалобу, словно в ответ на успокоительные заверения, полученные от больничного привратника:

– Нормальный! Черта с два!

Лео с невозмутимым видом пересекает дорогу. Подходит к пролетке. Прежде чем занять свое место, обращается к Бобо:

– Да, ты прав. Отсюда действительно видно море. Длинная синяя полоска.

Влезает и садится на место. Пролетка продолжает свой путь по дороге, привольно бегущей по гребню холма.

Мы вновь видим все семейство в просторной кухне крестьянского дома. Длинный стол беспорядочно заставлен посудой: здесь только что кончили обедать. Амедео без пиджака, но в шляпе беседует с крестьянином-арендатором. Это невысокий человек; его иссушенное солнцем лицо избороздили глубокие морщины, но глаза хитро поблескивают. На нем грубая вязаная безрукавка и полотняные рабочие брюки.

– Сам знаешь, Мизинец, земля никогда не подведет.

– Так-то оно так. Но вот ежели, к примеру, побьет градом, то прости-прощай винная ягода.

– Да ведь сильный град выпадает не каждый год.

– А хоть и в этом году: такая сушь и жарища, что сам господь бог небось поджарился на небесах. Коли засуха не кончится, то заместо винограда мы соберем жареные каштаны.

Под портиком, также без пиджака, сидит дядя Лео и смотрит на залитое зноем гумно, где играет мальчик лет трех в трусиках и майке.

Мальчик наклоняется над кирпичом. Пыхтя, пытается его поднять. Волосы у него рыжие и лицо тоже рыжее от веснушек. Наконец ему удается поднять кирпич. Однако, когда он встает со своей ношей, у него сваливаются трусики. И он не может идти, потому что запутался в них. Приходится опустить кирпич на траву и подтянуть трусики. Затем малыш вновь нагибается за кирпичом.

Дедушка с извозчиком Мадонной разлеглись на заднем сиденье пролетки лошадь они выпрягли и пролетку поставили в тень у сеновала. Неподалеку от них в плетеной соломенной корзине лежит на спине восьмимесячный младенец. Несмышленыш вперил в небо широко раскрытые глазенки и дрыгает ножками, должно быть, отгоняя кусающих его мошек.

В конюшне Бобо с братишкой дразнят осла. Ручкой метлы они легонько стукают его между задних ног. И хохочут. Осел брыкается все яростнее. В распахнутую низенькую дверку, выходящую на гумно позади конюшни, они видят, как шествует мимо наседка с цыплятами. Бобо локтем толкает брата.

– Пошли погоняемся за ними!

Они выбегают во двор. Каждый хватает по четыре цыпленка.

Миранда с женой крестьянина, толстой женщиной в платке, стоят на огороде возле курятника. Крестьянка вручает хозяйке корзину с десятком свежих яиц.

Миранда идет через гумно, посреди которого малыш все еще топчется подле кирпича, пытаясь его поднять. Она останавливается около сидящего под портиком Лео и показывает ему лукошко с яйцами.

– Лео, хочешь выпить свежее яичко?

Лео глядит на корзинку. После некоторого раздумья берет яйцо.