– А если ваш прибор к тому времени сломается? – заметила тень.

Она внимательно слушала Макара и, по-видимому, старалась понять его сложные научные объяснения.

– Что? Тогда, значит, не будет притягиваться, пока я его не починю, – раздраженно пояснил Макар.

– Все предельно ясно, – запищала тень. – Мы с товарищем вас еще с удовольствием послушали бы, но со временем ограничены. К тому же все эти ваши увлекательные рассказы я уже слышал. Давайте эксперимент прямо сейчас и проведем. Хоть вы меня чертом и называете, я свое обещание сдержал – душу человеческую к вам привел. А вы и не поинтересуетесь, откуда эта душа взялась, вот так – без туловища. Может, беда у нее стряслась.

Но, услышав про эксперимент, Макар, казалось, пропустил все последующие слова тени мимо ушей. В глазах его появился азарт.

– Эксперимент! – закричал он. – Давайте прямо сейчас!

Тень повернулась к душе:

– Мой план таков: тот, что в вашем теле сидит, через час, другой проснется, вас к себе потребует, а вас нет. Больше недели без вас он прожить не сможет, ослабнет. А через неделю мы с вами как раз и появимся и его из вашего тела выгоним, понимаете. Вы меня только с собой возьмите. У меня на самостоятельное путешествие силенок уже не хватит. Ведь можно же нам вдвоем, Макар Иванович?

– Можно, – спешно ответил Макар.

Как заведенный метался он вокруг своего аппарата, готовя его к скорому эксперименту. Машина времени состояла из нагромождения мощных линз, стальных рычагов, ламп, конденсаторов, разноцветных проводов и еще каких-то непонятных деталей.

– Но вы уверены в успехе? – впервые после долгого молчания спросила душа.

– Да, – хором ответили Макар и тень.

Наверное, каждому из них показалось, что вопрос был обращен именно к нему. Макар, между тем, усердствовал: подсоединял клеммы, щелкал рубильниками, крутил ручки резисторов. Схватив в одну руку отвертку, а в другую паяльник, он полез в многоэтажную схему, начал что-то спешно припаивать в ней, получил удар током, от которого выронил паяльник и затряс рукой. По комнате пополз запах горелой изоляции. Но, несмотря на досадные помехи, без которых, как известно, не обходится ни один изобретатель, машина заработала, замигала лампочками, защелкала реле и негромко загудела своим электронно-механическим нутром.

– На сколько суток ставить!? – закричал Макар.

– На шесть, я думаю, хватит, – сказала тень.

– Понял! Прошу всех в центрифугу. Ну, до встречи. Увидимся через шесть дней, но для вас это покажется не больше одного часа!

Макар захлопнул крышку центрифуги, нажал на кнопку. Тонко и высоко взвыл мотор. Играя светом ламп, завращались линзы, в мгновение выткали тонкий и яркий зеленоватый пучок света, одним концом уходящий в центр вращающейся центрифуги, а другим куда-то в потолок. Вдруг, словно юркая серебристая змейка завилась вокруг луча и, рванувшись вверх, исчезла, несказанно удивив мохноногого паучка, давно облюбовавшего потолок Макаровой комнаты для своего гнезда и даже успевшего свить там незаметную, но весьма прочную охотничью сеть.

Во мраке появилась огненная точка. Сначала она была почти незаметна, словно далекая крохотная звезда на ночном небосклоне, но скоро начала расти. Вот она уже как солнце в зените, вот уже заполнила собой половину всего зримого пространства. Еще мгновение – и двое покусившихся на его величество время ворвались во чрево огненного гиганта. Это не звезда, а вход в спираль, свитую из сполохов холодного пламени. Завитки спирали, будто ребра фантастического червя, мелькали пред взором, а затем и вовсе слились меж собой в дико вращающуюся трубу. Двое внутри нее, не люди даже, всего частицы людей, отвергли настоящее и дерзко покусились на будущее, отдавшись воле грозных и незнакомых законов мироздания. Но что настоящее? Только острое лезвие клинка, через которое тянется быстротечная нить времени, перетекая из будущего в прошлое. Настоящее – лишь мгновение, почти неуловимый для понимания миг, также как почти неощутимо для зрения острие клинка.

Ровно сто сорок четыре часа спустя от начала эксперимента Макар выключил машину времени и открыл центрифугу. Из нее, вместе с облаком горячего пара, выплыли путешественники: душа и крепко вцепившаяся в нее тень. Потрясение от только что пережитого было настолько велико, что ни одна, ни другая не могли и слова сказать, а лишь обессилено опустились на пол. Макар увидел их.

– Ура! – восторженно закричал он. – Получилось, друзья, получилось! Сегодня уже двадцать четвертое января! Но скорее расскажите обо всем! Что вы там видели!?

– Видели кое-чего, – устало вздохнула душа.

Даже на первый, непридирчивый взгляд она стала явно меньше ростом. Как и предупреждал Макар, рывок во времени потребовал большой растраты сил.

– Ох, умираю! – вдруг завопила тень.

Она опять стала похожа на скелет и, кажется, даже не крысы, а какого-то еще более мелкого грызуна.

– Господин Громов, спасайте!

– Да, – сразу согласилась душа.

Напитав себя и вновь восстановив размер сытой крысы, тень уверенно произнесла:

– Не сейчас, Макар Иванович, все узнаете позже. Мы еще увидимся с вами. Сейчас нам нужно торопиться.

– А куда конкретно нам надо идти? – растерянно спросила душа.

– А вы разве сами зова хозяина не чувствуете?

– Нет.

– Хм, может он помер уже. Что ж, поищем. Для начала в милицию надо.

Но ни в камере предварительного заключения, ни в прочих помещениях районного отделения внутренних дел Громова не оказалось.

– На квартиру к покойному Рукоблудскому, – распорядилась тень.