Пришлось потратить время, чтобы перезарядить револьвер. Делать это на ветру очень неудобно. Это с ружьём просто, только патроны засовывать, а тут приходится сыпучий порох пересыпать в каморы, а он того и гляди разлетится по ветру.

Дальше шли по дороге, больше ничего опасного не встретили, даже местность стала напоминать обжитую. Вот какие-то избушки стоят, но на постоялый двор не похоже, просто избы местных крестьян. Самих крестьян, правда, не видать, но тут всё время так.

То, что можно было назвать постоялым двором, обнаружилось в десятке километров от моста. Мы в пути дважды присаживались отдохнуть, но есть пока не стали в надежде, что там подадут горячего. Дорога сильно изгибалась, огибая небольшой лесок из тонких молодых деревьев, а сразу за поворотом обнаружилось интересное строение.

Я бы назвал это деревенькой. Обширное пространство, обнесённое довольно серьёзным частоколом. Явно защита от кого-то нехорошего. Ну, мы-то хорошие, нас пустят. Внутри несколько зданий, одно, самое высокое, видимо, и есть гостиница, а рядом конюшня, баня, бордель и кабак. Ну, я так думаю.

Дорога отчего-то упиралась в глухой забор, а вход пришлось поискать. Вот он, две большие створки на столбах. Хорошо поставлены, так просто не вынести, даже тараном придётся долго стучать. Встав у ворот, я осторожно постучал. На уровне глаз открылось окошко.

— Кто такие? — в окно высунулось крысоподобное лицо привратника.

— Путники, — спокойно сказал я. — Хотим согреться, отдохнуть и перекусить, открывай ворота.

— Путники? — он пошевелил губами, пробуя произнести это слово. — Да, путники, проходите.

Одна створка подалась вперёд, ровно настолько, чтобы мы смогли протиснуться внутрь. Внутри, как по заказу стих ветер, более того, откуда-то выглянуло солнце, которое сейчас клонилось к закату. Так и есть, большие рубленые избы, вон там явно кормят, нос безошибочно ищет вкусные запахи. Мимо проехала лошадь с сидящим на ней молодым парнем, одетым в кожный плащ. На плече висела какая-то винтовка очень древнего вида, а на голове была ковбойская шляпа. Прямо с Дикого Запада сюда нагрянул. Хотя, может и нагрянул.

Следуя за вкусным запахом, я распахнул двери харчевни. Пахнет в самом деле неплохо. Тут и мясо, и специи, и квашеная капуста. Ещё и пивом несёт, с удовольствием бы выпил свежего. Внутри царил полумрак, пришлось подождать, пока глаза привыкнут.

— Странно, — сказал Женя.

— Что странно? — не понял я.

— Я думал, тут как в салуне, все водку жрут, баб лапают, и дерутся так, что в окна вылетают. А тут тихо.

Внутри действительно было тихо. Народ есть, но никто никого не бьёт, никто не блюёт под стол и не стреляет в потолок. Все сидят чинно, едят, пьют что-то из больших кружек, беседуют. Вон, прямо у входа сидят три мужика и баба, по виду крестьяне. Я бы сказал, конца девятнадцатого века. Но явно из зажиточных, голодными не выглядят, одежда целая, без заплат, на ногах сапоги, да и стол богатый. Откуда в буре крестьяне? А чуть дальше трое явно современных людей, в нормальной одежде, джинсы, свитера, плащи. Последние сейчас висят на спинках стульев. У одного там же висит автомат, точнее, пистолет-пулемёт странной конструкции, но явно не кустарщина. У второго винтовка болтовая к стулу прислонена, тоже серьёзная, явно в двадцатом веке сделана. Чуть дальше сидят четверо мужиков, похожих на пиратов. Одежда пёстрая, у одного глаз с повязкой, другой выбрит наголо и с кинжалом за поясом. Дальше сидели ещё какие-то, но я не рассмотрел.

Переступив порог, мы отправились к стойке, за которой стоял солидный мужчина лет пятидесяти, с бородой и коротко стриженный. Волосы седые, но сам ещё крепок, руки такие, что кочергу узлом завяжет. Смотрит смело, никого не боится, но и на скрягу не похож.

— Добрый вечер, — сказал я.

— И вам того же, путники, — ответил он спокойным глуховатым голосом.

— Здрасте, — немедленно влез в разговор фармацевт. — Вы не в курсе, где находится оазис Чёрное Солнце?

Я попытался его осадить, но было поздно. Ладно, раз уж спросил, то нужно ответ выслушать, вдруг трактирщик что-то скажет.

— Чёрное Солнце? — он задумался на полминуты, потом выдал ответ: — когда-то давно один из наших постояльцев говорил, что бывал там, а ещё сказал, что ему не понравилось. Сказал, что оазис этот у чёрта на рогах, кормят там плохо, какие-то разбойники везде снуют, да и местность там такая, что поживиться нечем. Впрочем, человек тот сам недалеко ушёл от разбойника.

— Ясно, а потом он куда направился?

— Да кто же знает, давно это было, думаю, его уже и на свете нет.

— Ясно, тогда скажите, что у вас можно делать?

— Это корчма, здесь едят, пьют, отдыхают. Постоянно здесь живёт совсем немного народа, всё больше пришлые гости. Мы принимаем всех, даже тех, кто не может заплатить, даём работу и кров. Здесь запрещено драться, сквернословить, воровать, мусорить и поджигать дома. Всё остальное можно, цены умеренные, еда вкусная, выпивка добрая. Присаживайтесь за стол, места хватит всем.

Мы и присели. Немедленно появилась красивая девушка лет двадцати, скромно одетая, но привлекательная. Вообще, тут явно не Средневековье. Сам трактирщик, которого, как мы узнали у официантки, звали Николай, одет в брюки и белую рубашку, не новую, но чистую и застёгнут на все пуговицы. Девушка в свободном платье серо-зелёного цвета, длиной чуть ниже колен, ей очень идёт, фигуру не скрывает. Ну а посетители одеты, кто во что горазд, тут уже полный простор для творчества. Интересно, а как трактирщик драки пресекает? Он, конечно, силён, но посетители-то с оружием, таких попробуй угомони, особенно, если напьются.

— Что посоветуете? — спросил я.

— Советую жаркое из оленины, — сказала она, — сейчас как раз готовим.

Мы с Женей переглянулись, он покачал головой. Оленина — это хорошо, но, если есть её без малого неделю на завтрак, обед и ужин, это немного надоедает.

— Рыба есть?

— Да, сом печёный, тоже неплохой, в молоке вымочен.

— Вот и принесите, а на гарнир… картошка есть?

— Есть, варёная.

— Несите, зеленью присыпьте сверху. Ну и выпить чего-нибудь.

— Водки?