Вспомнились слова из известного фильма, Сашка хихикнула и представила альва Леголаса Семнадцатого, объявляющего: «Танцуют все», и заметила удивлённый взгляд того, с кем она связана нитями мироздания.

Интересный эффект кино.

Тем временем альвы вовсю веселись, как оказалось, у них даже был свой оркестр, который исполнял приятные мелодии, они танцевали и даже играли во что-то типа чехарды или лапты. Сашка не была уверена, как выглядят эти игры даже в своём мире, что уж говорить про Девять Стран и Одиннадцать Государств, расположенных в Третьем Измерении из Семи.

Вообще, альвы были похожи на детей. Взрослых, внешне привлекательных детей. У них были открытые улыбки, и по их лицам всегда было понятно, что они думают.

— Мы не умеем врать, — пояснил Семнадцатый.

— Мы никогда не хитрим, — ещё раз пояснил.

Сашка уже почти засыпала, всё же день был длинным и насыщенным, а накануне ночью она спала отвратительно, когда вдруг все исчезли, словно их и не было. В одно мгновение зал был полон музыки, смеха и альвов, а в другое — стало тихо и пусто.

Остались только Сашка — в красивом платье из органзы, кружев и вышивки, на ней даже была небольшая диадема, может быть, с драгоценными камнями, и Леголас Семнадцатый, который посмотрел на Сашку, но видела она не его, а женщину, похожую на неё. Женщина была одета в яркое голубое платье, она медленно шла, и полы платья обнимали длинные стройные ноги женщины, когда она приближалась к огромной, очень огромной кровати, на которой сидел Леголас.

Она подошла и остановилась у ног альва, он взял её за руку, и Сашка только на мгновение почувствовала ледяной холод, а потом температура стала комфортной для неё.

К удивлению Сашки, альв не стал уже привычно целовать женщину в губы, он медленно, как будто сцеловывал сладость, проводил губами по пальцам женщины, поднимался губами к запястьям, останавливался там, чтобы позже подняться выше, к сгибу локтя, и ещё выше, к ключице, выемке, яремной ямке. Сашка видела, как длинные пальцы альва легко сдёрнули голубую ткань с плеч женщины, и она скатилась мягкой волной по спине и легла у ног, свернувшись покладистым зверем. Сама же женщина осталась обнажённой и дрожала, но не от холода или стыда. Сашка ощутила желание той женщины, даже вожделение, хотя до этого ей ни разу в жизни не приходилось ощущать чего-то подобного.

Сашка внимательно смотрела, как мужчина-альв легко притянул к себе женщину, прижав к себе, обнимая за талию и ягодицы, и тут же задохнулась от желания большей близости. Но не было похоже, что альв торопится исполнить желание женщины. Он медленно и даже сладострастно, хотя Сашка и не знала толком, как это, целовал женщину, и она ощущала уже знакомый вкус и аромат лесных трав, спелых яблок и карамели. Его язык скользил по губам, между губ и дальше, и женщина отвечала ему тем же, выгибаясь и прижимаясь всем телом к телу мужчины. Сашка даже слышала стоны и прерывистое дыхание… пока не поняла, что это её дыхание становится прерывистым.

И она ещё раз посмотрела на Леголаса Семнадцатого.

— Это? — она искала слова.

— Да, — коротко ответил Семнадцатый, — пойдём. — Он подал руку, и Сашка уже наяву почувствовала ледяной холод от руки, но тут же температура стала комфортной. — Я могу переместить нас, — начал Леголас.

— Тебе для этого надо поцеловать меня? — почему-то с надеждой спросила Сашка.

— Да, — ухмыльнулся Семнадцатый и тут же поцеловал.

Сашка уже не отделяла аромат и вкус лесных трав, спелых яблок и карамели от самого Леголаса, она отвечала на поцелуй, крепко зажмурив глаза, потому что вокруг всё стремительно кружилось, и Сашке казалось, что даже крупицы света и солнечных лучей заплетаются в сложные узоры вокруг них.

Когда она открыла глаза, они были в той самой спальне, рядом с той самой кроватью, из видения Сашки, где альв ласкал женщину, так похожую на неё, а Леголас Семнадцатый стоял в стороне и судорожно хватал ртом воздух, как при астматическом приступе.

Сашка уже было стала шарить глазами в поисках ингалятора или чего-то, напоминающего его, или что должно помогать в таких случаях альвам?

— Я не могу, — проговорил Семнадцатый, — я чувствую всех их.

— Ааааааааа, — догадалась Сашка, — это ты задыхаешься от того, что ощущаешь «всех моих мужчин»?

— Да, — Семнадцатый сник.

— Ты узколобый напыщенный индюк, — проговорила Сашка.

— Я альв, — напомнил альв.

— Индюк, — решила не сдаваться Сашка.

— Мистрис Атеистка, ты должна знать, что наши женщины всегда вступают в отношения с мужчинами невинными.

— Всегда? — она с подозрением посмотрела на Леголаса.

— Всегда, — уверенно сказал Семнадцатый.

— Что-то не сходится. Мужчин у вас больше… и вообще, это архаизм!

— Так у нас принято, — развёл руками с длинными пальцами Леголас Семнадцатый.