Она подумает об этом позже. Больше всего беспокойства вызывала ее команда. Из-за этого крысеныша может погибнуть кто-то из ее людей.

— Я поговорю с Мэттом и Расселом, — сказала она Аарону.

— Их здесь нет, — Роберт широко ухмыльнулся и поморщился, прежде чем продолжить. — Кроме того…

— Что случилось с твоим лицом? — перебила его она. На его челюсти была царапина, одна губа разбита и опухла, правый глаз заплыл.

Он отступил на шаг, посмотрел на нее, а затем надулся, как жаба.

— Не твое гребаное дело, сука. Или, может быть, твое, учитывая этого мудака, который заявился в офис в поисках тебя.

— Бен был здесь? — Если Роберт обзывал ее, сторожевой пес не стал бы думать дважды, прежде чем дать ему в морду.

Он покраснел.

— Ага. Бен.

Неужели он набросился на ее тигра с грязными оскорблениями?

Лучше бы он этого не делал. Гнев вспыхнул с новой силой. Что он сказал ее мужчине? Если он расстроил Бена, она…

— По крайней мере, я имею дело с мужчинами, а не с такими существами без яиц, как ты.

Когда руки Роберта сжались в кулаки, она улыбнулась и поманила его жестом «иди — сюда — мальчик».

Он остановился.

Правильно. Крыса не дерется, а манипулирует людьми. Фыркнув от отвращения, она взяла в руки папку с дополнительными исследованиями.

— Аарон, я оставлю Мэтту сообщение, что поговорю с ним в понедельник, — она посмотрела на него серьезным взглядом. — Будьте предельно осторожны. Очень опасно работать в команде с ненадежным человеком.

Не обращая внимания на фырканье Роберта, Аарон кивнул.

— Я тебя услышал.

Субботним вечером Анна сидела среди гостей за столом у своих родителей, пытаясь предаваться веселью и беспокоясь о том, что произойдет позже, когда она встретится с Беном в «Царстве Теней».

Выслушает ли он ее? Захочет попробовать еще раз?

Дыши.

К сожалению, она вдохнула аромат рыбы — красный окунь — любимое блюдо ее отца, — и ее затошнило.

Чудесно. Она сделала осторожный глоток «Спрайта» и попыталась успокоиться под шквалом пронзительно громких разговоров за столом.

Поскольку это был ужин в честь дня рождения ее отца, присутствовали оба дяди с семьями. Когда они приехали, она приветствовала их с холодной вежливостью. Дядя Мэтт выглядел виноватым и все еще не мог встретиться с ней взглядом. Естественно, дядя Рассел и Роберт вели себя так, будто ничего не случилось.

Но она спокойно воспринимала сегодня родственников, потому что ее и так постоянно подбрасывало на эмоциональных качелях.

Каждый раз, когда она думала о Бене, ей хотелось плакать.

Каждый раз, когда она смотрела на своих дядюшек, ей хотелось чем-нибудь швырнуть в них. И оформить им подписку на «Мисс Мэгэзин» [19] .

Каждый раз, когда Роберт косился на ее грудь, ей хотелось избить его до полусмерти.

И все это не стоило бы того… потому что от запаха крови ее, вероятно, стошнило бы.

Ее фырканье привлекло внимание Тревиса. Он толкнул ее плечом:

— Ты чего такая тихая, сестренка?

Она пожала плечами. Сейчас не время и не место жаловаться.

Ее кузен, сидящий через стол, поднял голову.

— Она дуется, потому что я теперь возглавляю команду поимки беглецов, а ее оттуда вообще исключили. Или из-за чего-то еще. У тебя, что, течка, кузина?

Ее мама ахнула от такого грубого оскорбления.

— Закрой свой рот, Роберт, — процедил Тревис.

Дотронувшись до руки брата, Анна покачала головой. Злобным перепалкам не место на праздничном ужине, а мама потратила кучу времени, готовясь к вечеринке.

— Вот что я тебе скажу, — объявил Роберт. — Ребята были чертовски счастливы, что наконец-то ими будет командовать мужик.

Крысёныш не собирался затыкаться.

Гарриссон зарычал:

— Господи, ты полон…

— Об этом уместнее поговорить в офисе, а не на празднике, — прервала их Анна, прежде чем ситуация вышла и-под контроля. — Я обсужу это с владельцами в понедельник.

— Спасибо, дорогая, — поблагодарила мама с облегчением.

Отец нахмурился.

— Что, черт возьми…