для новых иммигрантов Израиле серьёзную преграду, часто непреодолимую. Никакой социальной помощи в связи с этими проблемами иммигранты не получают.

В отличие от поликлиник, госпиталя оказывают реальную помощь, но получить направление в госпиталь крайне трудно. Поэтому чаще туда попадают люди с запущенными заболеваниями, которые уже обречены. Но и в госпиталях с новыми иммигрантами нередко творится такое, что невозможно представить себе в стране, где не существует местного ГУЛАГа: палаты (где в основном оказываются иммигранты) на 20 - 30 человек, у мед. персонала не допроситься "судна" или "утки" для справления естественных надобностей, в предоперационных вместе и мужчины, и женщины, которых заставляют раздеваться друг у друга на глазах, в палатах больные также не ограждены ничем, многие лежат на коридорах; назавтра после почти любой операции их буквально выбрасывают из больницы, не дают людям, которым, к примеру, только вчера был разрезан живот, испытывающим боли от свежих ран, даже коляски спуститься с верхних этажей вниз (к машине или такси), не допроситься у мед. персонала обезболивающих средств. Все это можно назвать полным пренебрежением к жизни и здоровью людей, к их человеческому достоинству. Это одно из наиболее мерзких и злокачественных явлений страны. В то же время для иностранцев и для состоятельных и влиятельных израильтян в медицинских учреждениях создаются совсем другие условия, хотя нередко эти люди платят столько же, сколько и новые русскоязычные иммигранты.

Следует сказать и об ещё одном крайне аморальном явлении. Так же, как и в бывшем СССР, в Израиле уделяется огромное внимание гипертрофированной самопропаганде (отсюда мегаломания - "один из "лучших в мире курортов" - наш Эйлат, одна из "самых совершенных" атомных электростанций, одна из "самых больших автобусных станций в Мире", и т.п. В области медицины это выражается в том, что ради рекламы все средства и силы в этой стране брошены на осуществление сложных и дорогостоящих операций -- пересадку органов, операции на открытом сердце, и т.п. В этом израильские парт аппаратчики видят внутриизральское и международное представление о благополучии и развитости страны. Поэтому нередко такие операции делают представителям малоимущих слоев населения; даже иммигрантам. Это даёт превратное, приукрашенное и неверное представление о состоянии израильской медицины. На самом деле вместе с пользой это приносит огромный вред и ущерб как общему состоянию медицины в Израиле, так и отдельным людям:

– Лев ГУНИН.ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ. Гл.4 стр. 50

израильские стахановцы из больниц "БЕЙЛИНСОН", "СОРОКА", и т.д. потребляют львиную долю как государственных дотаций, так и благотворительных и прочих средств, что приводит, помимо неимоверной дороговизны платы в больничные кассы в Израиле (медицинской страховку), к тому, что большинство больных не получают более простой, элементарной врачебной помощи, вследствие чего позже (как результат запущенности) приходится прибегать к оперативному вмешательству. По словам 2-х моих знакомых, врачей (и многих других, выражавшихся в более мягкой форме/, 90 процентов тех, кто прожил в Израиле несколько лет, попадающих на сложные хирургические операции, это те, которые не получили своевременной медицинской помощи в поликлиниках или в послеоперационных отделениях больниц. Из 500-ета опрошенных (альманахом "Первое свободное слово") новых иммигрантов (до 3-х лет в стране) никто /!/ ни разу не прошёл лечения в больнице, в неоперационных отделениях, возраст опрошенных колебался от 32-х до 80-ти и выше. Наконец, следует указать, что у многих иммигрантов просто нет денег для оплаты больничной кассы, и они (у меня есть такие знакомые) лишены даже формально какой бы то ни было мед. помощи. Каково количество таких людей в Израиле, можно только догадываться. Месячная плата в больничную кассу в Израиле составляет .190 шекелей и выше. При этом заработная плата огромной части новых русскоязычных иммигрантов как правило составляет от 1000 до 1550 шекелей в месяц. На оплату жилья уходит от 1000 до 1700 и выше шекелей в месяц. И это при общей страшной дороговизне?!

Мне приходилось неоднократно слышать, что врачи-израильтяне

предлагают женщинам за то, что окажут им или их детям или родителям услугу, вступить в половую связь. В статье "Неженатым вход воспрещен" Дорит Бен /газета "ХАДАШОТ, 27.07.1992 г./ пишет: в Израиле изнасилование врачами пациенток, особенно психиатрами; обычное дело. Так, например, 3 июля 1992 г. был арестован психиатр Рикардо Кидрон, изнасиловавший 20-тилетнюю пациентку. Эммануэль Берман, преподаватель психологии Хайфского университета, в одной из своих статей также утверждал, что изнасилование пациентов распространенное явление в израильских мед. учреждениях. В приложении к газете "Идиот Ахронот" на русском языке ("7 дней", 19 -- 25.12.1991 года) писалось: у иммигрантов из бывшего СССР нет денег на противозачаточные средства, что приводит к огромной потребности в абортах, а израильские законы и

дискриминация женщин - выходцев из экс-СССР - к огромному

числу подпольных абортов.

Пожалуй, мерилом бесправия русскоязычных иммигрантов в области получения медицинской помощи является "Скорая Помощь". В своей статье "Ночной звонок" /"Новая Газета", 27.07.1993 года, пятница/ Алекс Прилуцкий пишет: "Скорая?!"... До конца своих дней буду помнить это слово". Автор описывает свои мытарства по вызову "Скорой Помощи", свой "спотыкающийся бег от одного телефона-автомата к другому". "Стиль работы "Скорой" многое говорит о стране и народе, о его правах и ценностях, - пишет он далее.
– В цивилизованном мире она символ надёжности, защищённости, уверенности в том, что тебя не бросят, придут на помощь...

– Лев ГУНИН.ГУЛАГ ПАЛЕСТИНЫ. Гл. 4 (ВЫШКА) - стр.51

на помощь в недобрый час... Переехав в Израиль, многие из нас, в первую

очередь люди слабого здоровья, почувствовали себя совершенно

беззащитными. Если днем обычную мед. помощь ещё возможно кое-как

"выбить" из "купат-холим", то ночью, особенно поначалу, охватывает

страх: случись что - кто поможет?" Этот отрывок из статьи Алекса

Прилуцкого достаточно красноречив, хотя и по тону, и по содержанию ясно, что автор боится договорить до "я". Ведь если это сделать, придется

поведать о еще более грустных и даже трагичных вещах. Наиболее серьезные проблемы, фактически отменившие "Скорую Помощь" для новых "русских" иммигрантов, вставшие между ними и этой первоочередной необходимостью, следующие:

1/ объективно плохая работа "Скорой Помощи", со значительно заниженными по сравнению с развитыми странами и даже с некоторыми районами бывшего СССР быстротой реагирования и стандартами;

2/ непомерно завышенная, ничем не оправданная, плата за вызов "Скорой Помощи", делающая для недоступным для новых иммигрантов вызов "Скорой" (об этом пишет и Алекс Прилуцкий в своей статье);

3/ языковый барьер (из той же статьи Алекса Прилуцкого: "Ситуация ... усугубляется языковым барьером между пациентом и врачом, - считает доктор Игаль Муллер //бывший врач московской, а теперь израильской "Скорой Помощи"//.
– А ведь очень важно быстро и правильно понять больного, верно поставить диагноз.

4/ необыкновенная трудность для русскоязычных в момент вызова сформулировать в разговоре на иврите с диспетчерами "Скорой" мотивацию вызова, большинство не владеет даже средним уровнем иврита, а, тем более, медицинской терминологией, тем более, что срок обучения новых иммигрантов ивриту в государственных "ульпанах" (курсах иврита) - с их безобразным преподаванием, - ограничивается в настоящее время тремя - четырьмя месяцами!! и включает в себя больше словарный запас агитатора и прославителя государства, чем полезный практический лексикон;